Мужчина моей мечты бросил жену ради меня, но я не ожидала, чем это обернется

Избранник моего сердца покинул жену ради меня, но я не знала, во что это обернется

Я влюбилась в него еще в студенческие времена, когда жила в маленьком городке под Казанью. Это была чертовски слепая и безумная любовь, такая, что уносит голову и заставляет забыть обо всём. Когда он наконец-то обратил на меня внимание, я потеряла остатки разума. Это случилось спустя годы после учебы — судьба свела нас в одном адвокатском бюро. Одна профессия, общие интересы — я увидела в этом судьбоносный знак, будто моя мечта вот-вот станет реальностью.

Он казался мне идеальным, словно из моих мечтаний. То, что у него была жена, в юности не вызывало у меня сомнений — я не понимала, каково это, когда рушится брак, я не знала боли, что кроется за подобными историями. Меня не мучила совесть, когда Роман оставил свою жену ради меня. Кто бы мог подумать, что это решение обернется для меня такими страданиями? Мудрость народа не врет: на чужом горе счастья не построишь.

Когда он выбрал меня, я летала в облаках и была готова простить ему всё. Но в нашей повседневной жизни он оказался не принцем. Его разбросанные по всей квартире вещи, отказ мыть посуду — этот быт стал для меня тяжелым бременем. Тогда я закрывала на это глаза — любовь ослепила меня, сделала покладистой и податливой.

О прошлых отношениях он забыл быстро, будто стер их из памяти. Детей у них не было, а по его словам, свадьбу устроили по настоянию её родителей. «С тобой всё иначе, ты — моя судьба», — шептал он, и я таяла. Но мое счастье было ярким и коротким, как вспышка молнии. Всё переменилось, когда я забеременела.

Сначала Роман радовался невероятно — наш ребенок! Мы устроили семейное торжество, пригласили родственников и друзей. Тосты, поздравления — тот вечер остался в моей памяти светлым пятном, островком тепла в море предстоящих испытаний. Я не жалею об этом, но после того вечера моя слепая любовь начала угасать, как свеча на ветру.

По мере роста моего живота Роман всё меньше времени проводил дома. Я ушла в декретный отпуск, и наши встречи превратились в поздние вечера. Он задерживался на работе, исчезал на корпоративных вечеринках. Сначала я терпела, но вскоре это стало невыносимым. Быт стал пыткой: я, беременная, с трудом передвигалась по квартире, а его носки и рубашки валялись, как немой укор моей наивности. Я спрашивала себя: не поторопились ли мы с ребенком? Я знала, что любовь угасает, но не представляла, что это произойдет так стремительно.

Он по-прежнему приносил цветы и конфеты, но они мне были не нужны — мне хотелось его присутствия, поддержки и тепла. Затем правда всплыла наружу. Невинный разговор с коллегами за кофе открыл мне глаза: в их отдел пришла новая сотрудница, молодая и деятельная. Штат и без того едва справлялся с нагрузкой, а мой декрет сделал положение критическим. Совпадение? Я не знала, это ли была она, но Роман явно увлекся кем-то. Ему теперь были свойственны «работа», «встречи», «неотложные дела». Однажды я нашла в кармане его пиджака записку с незнакомыми инициалами. Сердце сжалось, но я молча положила её обратно, решив притвориться слепой. Страх остаться одной на седьмом месяце беременности был парализующим.

Он начал жаловаться, что я постоянное на нервах, и каждая ссора заканчивалась его усталым вздохом, будто я обуза. Я боялась обсудить главное — знала, что это конец. И этот конец пришёл. Самые страшные слова, что я слышала в жизни, были: «Я не готов к детям. У меня есть другая». Как именно он их произнес — не помню, всё звучало в голове, мир рушился. Я думала, что схожу с ума от боли и унижений.

Но я нашла в себе силы. Подала на развод, хотя каждая буква в заявлении была как удар по сердцу. Он не ожидал, что я решусь на это и выброшу его вещи в тот же день. Слава богу, квартира была съемная — делить её не пришлось.

— А ребенок? Подумай о ребенке! Как ты поднимешь его? — бросил он напоследок.

— Я справлюсь. Буду работать из дома. Родители помогут. Мама всегда говорила, что ты бабник, следовало её послушать, — отрезала я, захлопнув дверь.

Ответственность за сына дала мне такую опору, о которой я даже не подозревала. Сама бы я никогда не ушла, но ради сына смогла. Его предательство оказалось таким, что я вычеркнула Романа из жизни и души, словно его никогда и не было. Глаза мои открылись, и я увидела настоящего Романа.

Первые месяцы после развода, включая роды, были адом. Я вернулась к родителям в соседний городок — они приняли меня с распростёртыми объятиями, особенно радовались внуку. Я скучала по Роману, но гнала эти мысли прочь. В глубине души я знала: я поступила правильно и дам сыну всё, что смогу.

Как только вернулись силы, я начала работать — занималась переводами юридических текстов на дому. Были месяцы без дохода, но родители поддерживали, пока я не нашла клиентов. Сын рос, годы летели незаметно. Я это осознала, когда поняла, что ему нужен собственный угол. Родители не хотели нас отпускать, но я жаждала независимости — своего кабинета, его комнаты для учёбы. К тому времени я смогла снять отдельную квартиру.

Жизнь наладилась. Детский сад сменился школой, первый класс перешёл в пятый, и я впервые за долгое время ощутила свободу и спокойствие. Но тут он снова появился. Наш городок невелик, а в юридической среде все друг друга знают. Роман без труда нашёл мой офис. Жалела я, что не уехала дальше! Он заявил, что нагулялся, что жалеет о прошлом, что был молод и глуп. Умолял его познакомить с сыном, которого он никогда не видел.

По закону у него есть право на встречи, и если захочет — добьется своего. Но сама мысль об этом леденит мне кровь. С тех пор прошло несколько недель. Я сказала, что подумаю, но внутри меня хаос — я не верю ему и не хочу подпускать к сыну. Может, это моя кара? Плата за то, что увела его у первой жены? Я серьёзно думаю уехать в другой город, чтобы избавиться от прошлого, что вновь стучится в мою дверь.