Сама не пускала, а теперь зовёт: свекровь и её условия

Свекровь против швабры и кастрюли: когда-то нас выгнала, а теперь сама зовёт — но с подвохом

Пять лет назад я вышла замуж за Дмитрия. Решение было взвешенным, по любви, с полной уверенностью, что любые трудности нам по плечу. Но ещё до свадьбы, когда мы пришли сообщить о наших планах его маме, её реакция остудила наш пыл, как зимний ветер в лицо:

— На мою помощь не рассчитывайте! И со мной жить не будете! Я тут хозяйка, и место своё никому не уступлю!

Мы с Димой переглянулись. Особенно удивилась я. Ведь когда он учился, его мама сама отправила его снимать квартиру — мол, так удобнее. Вот на той съёмной мы и остались после свадьбы, копя на своё жильё.

У свекрови же была роскошная трёхкомнатная в центре Петербурга, доставшаяся от родителей. Её отец умер рано, а мать дожила с ней до старости. Свекровь развелась, когда Диме было лет шесть — в браке продержалась всего пять лет. И, как она сама мне призналась:

— Я не для того, чтобы тряпки в руках держать! Ненавижу готовить, стирать, убирать. Я не прислуга — я женщина! Я должна жить для себя!

После развода она вернулась в родительский дом, где всю грязную работу делала её мама. Бабушка Димы кормила, убирала, стирала, заботилась и о внуке, и о дочери — ведь та «делала карьеру» и «много работала». Даже когда бабушка состарилась и заболела, свекровь не взяла на себя хлопоты. Не её дело — и точка.

Потом умер отец Димы. Он с ним общался. Квартира отца по завещанию была поделена между мужем и мачехой. Та оказалась разумной — согласилась продать свою долю, и мы с Димой её выкупили. Переехали, обустроились, родили дочку. И тут началось…

Когда Насте было полгода, Дима поскользнулся на льду и сломал ногу. Перелом сложный. Его уволили, деньги таяли. Я не могла работать — ребёнок, муж без движения, ипотека, долги. Мы экономили на всём. И тогда Дима скрепя сердце позвонил маме:

— Мам, может, мы к тебе на полгода? Нашу квартиру сдадим, хоть немного поправим дела…

Ответ прозвучал, будто удар сосулькой по голове:

— Ни в коем случае! У меня тут живет Люда! Она мне помогает, а вы только мешать будете!

Люда — её двоюродная сестра, пожилая, без семьи. Раньше жила в деревне, но дом сгорел. Свекровь «великодушно» приютила её… чтобы та стирала, готовила и мыла полы. Люда превратилась в бесплатную домработницу. И свекровь даже не стеснялась:

— Ты у меня на всём готовом — ищи работу! Не будешь же просто так сидеть!

Мне было жаль Люду. Она выглядела измотанной, но молчала. А потом… исчезла. Через полгода Дима сообщил:

— Представляешь, Люда сбежала! Нашла мужчину с квартирой — и укатила, даже не попрощалась.

Мы за неё порадовались. Добрая, терпеливая женщина заслуживала уважения, а не окриков. Но теперь свекровь осталась одна. Кто теперь будет мыть её посуду?

И вдруг — звонок. Она сама!

— Ладно, переезжайте. Квартиру сдавайте. Но условие: Оля (то есть я) будет за всё отвечать! Готовить, убирать, стирать. Ну а что? Бесплатно жить будете!

Когда Дима передал её слова, я расхохоталась:

— Ты ей сказал, что ни за что? — спросила я.

— Конечно, — кивнул он. — Обиделась. Сказала, наймёт домработницу.

Пусть нанимает. Мы оба работаем, я вышла из декрета, дочь в садике. У нас свой дом, свой покой. Я не стану прислугой для женщины, которая всю жизнь бегала от ответственности, но с удовольствием сидела на шее у матери.

Прошло пару дней, и она снова позвонила, жалобно спросив: «Ну что, точно не передумали?»

Нет, не передумали. А я подумала: скоро она на пенсию выйдет. Денег на домработницу не хватит. Интересно, кого тогда будет уговаривать? Или, может, наконец возьмёт в руки тряпку, сковородку, веник — и научится жить, как взрослый человек?

Поживём — увидим.