Сын привёл новую семью в дом, и я стала чужой в собственной жизни

— Мама, я сегодня приведу свою девушку. Хочу, чтобы вы познакомились. Давно собирался, но всё как-то не складывалось. Её дочка сейчас у тёти, так что сегодня — самое время, — таким заявлением ошарашил Игорь свою мать, Людмилу, в их уютной квартире в Новосибирске.

Люда застыла на месте, сердце ёкнуло от неожиданности. Игорю всего двадцать два, а он уже заводит серьёзные отношения, да ещё с ребёнком? Она вообще ничего не знала о его личной жизни, и это известие сразило её, как снежок в июле.

Люда овдовела семь лет назад. Её муж, Сергей, ушёл внезапно — в сорок пять у него отказало сердце. Он был полон жизни, их семья казалась нерушимой. Сергей и Люда были вместе с самого детства: сидели за одной партой, вместе бегали от двоек, смеялись над одними и теми же шутками. В начальной школе он прятал её портфель, в старших классах — носил цветы, а после школы они сыграли свадьбу, не представляя себя друг без друга.

Их брак был счастливым. Они поддерживали друг друга, вместе растили сына, строили дом, мечтали. Когда Игорю исполнилось четырнадцать, они даже подумывали о втором ребёнке, но судьба распорядилась иначе. Сергей умер, и их мир рухнул. Игорь, тогда ещё подросток, закрылся в себе. Люда, стиснув зубы, собрала всю волю в кулак, чтобы поставить сына на ноги. Она работала, растила его, и вроде бы всё наладилось — Игорь вырос, поступил в университет. Люда уже расслабилась, но, как оказалось, зря.

— Мам, это Катя. Моя девушка, — объявил Игорь, впуская в квартиру высокую блондинку в элегантном платье и на шпильках.

Та улыбнулась, но Люда не смогла ответить тем же. Екатерине было под сорок — на добрых пятнадцать лет старше её сына. В груди у Люды всё сжалось, но она заставила себя улыбнуться, вежливо поздоровалась и пригласила гостью к столу.

За ужином Катя рассказала о себе: тридцать восемь лет, снимает комнату в Новосибирске, приехала из Томска. Её дочери, Насте, шесть, ходит в садик.
— Наверное, вы в шоке, — начала Катя, оценивающе глядя на Люду. — Я старше Игоря. Но возраст — это ведь просто цифры, правда? Если есть чувства, то какая разница? Мы с Игорем нашли друг друга. Вы же, как женщина, меня поймёте? — она кокетливо улыбнулась, но в её взгляде читался вызов.

Люда кивнула, но внутри бушевали сомнения. После ужина Катя ушла, и Игорь остался с матерью наедине.
— Мам, ты для меня самый близкий человек. Пожалуйста, попробуй принять её. Да, Катя старше, но у нас серьёзные чувства. И Настя — чудесная девочка. Мам, можно они поживут у нас? У Кати нет своего жилья, а у нас место есть. Если нет — я пойму.

Люда смотрела на сына, и сердце сжималось. Ей хотелось предостеречь его, но в его глазах была такая надежда, что она не смогла отказать.
— Пусть переезжают, — вздохнула она. — Главное, чтобы ты был счастлив.

— Спасибо, мам! Завтра уже заберём их! Я знал, что ты самая лучшая! — Игорь обнял её и тут же начал звонить Кате.

Люда, оставшись одна, набрала подругу Ольгу. Та выслушала молча, а потом выдала:
— Люд, это пахнет жареным. Любовь — хорошо, но подумай: у неё ребёнок неизвестно от кого, жилья нет, а твой сын — молодой парень с квартирой. Удобно, да? Разница — двадцать лет. Может, она просто хочет пристроиться? Будь осторожна, а то поссоришься с сыном на всю жизнь.

Люда задумалась. Она решила не лезть, но наблюдать. На следующий день Катя с Настей переехали. Девочка оказалась милой: сначала стеснялась, но потом разговорилась, показывала Люде свои игрушки. Та невольно улыбалась, но тревога не уходила.

Вечером, уложив Настю, взрослые сидели на кухне. Люда видела, как Игорь обнимает Катю, и чувствовала, как внутри закипает ревность. В глазах Кати читалось: «Твой сын теперь мой». Люда гнала эти мысли, но они возвращались, как назойливые мухи.

Оставшись одна, она задумалась: а вдруг Катя действительно любит Игоря? Может, у них всё получится? Но сомнения грызли её. Ночью ей приснился Сергей. Таким, каким был в молодости — улыбчивым, с озорным блеском в глазах. Держал в руках её любимые васильки. Она потянулась к нему, но он растворился. Люда проснулась в слезах, на часах — три ночи. Рука всё ещё тянулась в пустоту, словно пытаясь удержать его.

И тут её осенило. Она не имеет права вмешиваться. Игорь взрослый, пусть сам разбирается. Если ошибётся — его право. Люда вытерла слёзы и легла, шепча: «Всё будет хорошо». Но где-то в глубине души она боялась, что этот выбор разрушит их семью.