Мачеха? Не для меня!

Маше не хотелось идти домой. С утра отец обронил, что сегодня приведёт новую «невесту» — знакомить с ней. Опять придётся строить из себя пай-девочку, улыбаться впустую, лишь бы эта чужая осталась в их доме. Но Маша устала от этой вечной комедии.

После развода их квартира в Томске стала похожа на постоялый двор. Отец таскал одну «маму» за другой, и Маша порой жалела, что выбрала жить именно с ним. Мать же была холодна, как январь в Заполярье: для неё работа всегда была важнее всего. Маша росла под крылом бабушек, а мать только и знала, что ругать её за каждую мелочь. Любовь? Ласка? Об этом Маша могла лишь вздыхать.

Мать тянула семью, зарабатывала, но чего это стоило? Девочка думала: лучше бы та была просто матерью, а не дойной коровой. Когда брак рухнул, родители разошлись, будто сбросив камень с плеч. Каждый начал новую жизнь, а Маша осталась ни при чём — никому не нужная.

Она пыталась достучаться до матери: прогуливала школу, грубила учителям — лишь бы та обратила на неё внимание. Но в ответ — только крики да подзатыльники. После одной из таких ссор, когда мать вызвали к директору, та отлупила Машу и выгнала из дома. Девочка собрала вещи и уехала к отцу. Мать даже не пыталась её удержать — скорее, облегчённо вздохнула.

С отцом, Иваном Петровичем, жилось легче. Маша чувствовала его тепло, его настоящую заботу. Она взялась за ум, стала учиться, перестала бунтовать. Бабушки помогали по хозяйству, пока отец пропадал на работе, чтобы содержать семью. В их квартире на окраине Томска наконец поселился тот уют, о котором Маша так мечтала.

Но всё изменилось, когда отец решил, что ему нужна жена. С тех пор их дом заполонили чужие тётки. Маша встречала их с ледяной злостью, нарочно отпугивая. Ей не нужны были «мамы», которые смотрели на неё, как на обузу. Но в этот раз отец стоял на своём: «Маша, хватит дури! Я стараюсь для тебя, хочу, чтобы у нас была нормальная семья!»

Переступив порог, Маша услышала знакомый голос. Сердце дрогнуло. Она скинула валенки и заглянула в горницу. За столом сидела её любимая учительница, Анна Семёновна. Маша боготворила её: добрая, справедливая, всегда готовая помочь. Но что она тут делает?

Оказалось, Анна Семёновна пришла обсудить успехи Маши. Девочка растерялась. Ей вдруг почудилось, что учительница могла бы стать частью их семьи. Неужели она — та самая «невеста»? Маша замерла, боясь спугнуть надежду. Но разговор закончился, и Анна Семёновна ушла, оставив Машу в смятении.

Не успела она прийти в себя, как раздался стук в дверь. На пороге стояла незнакомная — молодая, с яркой помадой и наглой ухмылкой. Маша почувствовала, как внутри всё оборвалось. Она так надеялась, что Анна Семёновна пришла не просто так! В отчаянии девочка бросилась в свою комнату, хлопнула дверью и зарыдала в подушку.

Маша не выходила до позднего вечера, пока не пришла бабушка. Девочка вылила ей всю свою боль. «Не хочу я этих мачех! Почему папа не видит, как мне тяжело?» — рыдала она. Бабушка, выслушав, крепко прижала внучку к себе. Она понимала, как больно Маше, чьё детское сердце изранено одиночеством.

Бабушка поговорила с Иваном Петровичем. Решили — больше никаких «невест», пока Маша не будет готова. А в голове у девочки уже зрел план. Она твёрдо решила свести отца с Анной Семёновной. Если мечты сбываются, почему бы не помочь? Маша поклялась сделать всё, чтобы её любимая учительница стала частью их семьи.

Где-то в глубине души она верила: её мечта сбудется. Ведь даже в самой тёмной ночи найдётся лучик света, не так ли?