Пропавшая без вести мать

Утро встретило меня безмолвием. Обычно мама, Валентина Сергеевна, будила меня ласковым голосом перед завтраком, но в тот день её не оказалось рядом. Я открыл глаза и осознал — она исчезла. Навсегда. Шкаф стоял пустой, её потрёпанные валенки не ждали у порога, а постель была аккуратно сложена. На кухонном столе лежала записка, одинокая, как её судьба. Я застыл, глядя на неё, и сердце сжалось от боли.

Я стоял у входа в дом престарелых в глухом селе под Томском, сжимая кулаки, чтобы скрыть дрожь. Сквозь запотевшее стекло видел её — мою мать, постаревшую, сгорбленную, одинокую. Когда-то я променял её на новую жизнь с женой, отвернувшись от единственного человека, который любил меня без условий. Теперь же раскаяние грызло меня изнутри. Как я мог так поступить с той, что подарила мне жизнь?

Отец оставил нас, когда я был ещё ребёнком. Он ушёл без объяснений, оставив маму одну. Ей едва исполнилось тридцать, она была прекрасна и полна сил, но выбрала меня вместо новой семьи. Ей предлагали замужество, обещали обеспеченную жизнь, но с одним условием — забыть о сыне. Она отвергала все предложения, не раздумывая. Её выбор был я. Валентина Сергеевна работала пекарем в местной булочной, брала двойные смены, чтобы оплатить нашу скромную квартиру и моё обучение. Её руки, вечно покрасневшие и опухшие от теста, не знали покоя. Но она никогда не жаловалась.

Помню, как она возвращалась с ночной смены, ставила самовар и доставала тёплую ватрушку. Иногда, когда зарплату задерживали, она смотрела, как я ем, и лишь потом доедала крошки. Я был слишком мал, чтобы понять: она боялась, что я останусь голодным. Её любовь была жертвенной, безграничной. Она заменяла мне весь мир. «Я никогда не выйду замуж, — говорила она, — чтобы никто не смел тебя обидеть». И я верил, что с такой матерью мне не нужно никого больше.

Детство моё было счастливым, несмотря на нужду. Мама недосыпала, недоедала, но всегда улыбалась. Всё изменилось, когда булочную закрыли, а её пальцы сковал артрит. Каждое движение приносило ей муку, но работу она найти не могла. Её, измученную болезнью, никто не брал. Я тогда заканчивал школу и подрабатывал в лавке: убирал, носил коробки, сидел за прилавком. Платили продуктами и копейками, но я копил на её лекарства. Видел, как она радуется моим успехам, и старался учиться лучше всех. Окончив школу с золотой медалью, я поступил в университет в Томске. Мы переехали, надеясь на новую жизнь.

В городе дела пошли лучше. Я подрабатывал в трактире и на складе, денег хватало на еду и редкие радости. Нам выделили угол в общежитии, и я старался скрасить мамины будни: водил её в парки, покупал платки, показывал достопримечательности. Она улыбалась, но я видел, как боль в её руках не унимается. Всё было хорошо, пока я не встретил её — девушку, что перевернула мою жизнь.

Её звали Марфушей. Я познакомился с ней на втором курсе. Яркая, дерзкая, из зажиточной семьи, она казалась мне недосягаемой мечтой. Друзья завидовали, что я удостоился её внимания. Наши отношения захватили меня, и вскоре Марфуша предложила жить вместе. Я не был готов, но она поставила условие: или съезжаемся, или расстаёмся. Я согласился. Жить у неё мы не могли — её родители не приняли бы меня, сына простой пекарши. Оставалась только наша комната в общежитии.

Я не знакомил Марфушу с мамой. Мне было стыдно. Моя мать, истощённая годами труда, и мать Марфуши — ухоженная дама в бархатном платье. Я понимал, что поступаю подло, но не мог остановиться. Я решился на разговор с мамой, зная, что собираюсь сделать. Я собирался выгнать её.

— Мама, я встретил девушку. Мы будем жить вместе, — начал я, не глядя ей в глаза.

— Сыночек, я так рада! Когда познакомишь нас? — в её голосе дрожала радость.

— Не сейчас, мама. А где ты будешь жить?

Она замялась. Я видел, как её лицо померкло.

— Я… вернусь в наше село. Поживу у тёти Дарьи, — тихо сказала она.

— Но надолго ли? И бесплатно ли? — я давил, хотя знал, что тётя Дарья, одинокая и сварливая, вряд ли примет её.

— Не беспокойся, сынок. Тёте ДарьеОна ушла тихо, как тень, оставив после себя лишь горькое напоминание о том, что я выбрал ложное счастье вместо её бескорыстной любви.