Завещание у берега — как близкие становятся незнакомцами

**Наследство у моря — когда родные превращаются в чужих**

— Зина, звонил мой брат Игорь, — сообщил Дмитрий, заходя на кухню. — С Ириной хотят заглянуть в субботу. Только вдвоём, без супругов. Говорит, дело серьёзное.

— Интересно, какое же такое дело, если даже жён с собой не берут? — усмехнулась Зинаида. — Хотя, ладно, не гадай. Ясно же — наследство. Прошло два месяца, вот и «созрели».

Дмитрий молча кивнул. Он и сам это понял, как только тётя Галя переписала на них с Зинаидой и их дочерью Катей квартиру в центре Москвы и дачу под Подольском. Четыре года они ухаживали за тётей, когда та слегла. Остальные родственники лишь наведывались летом на шашлыки, а когда старушка просила свозить её на дачу подышать воздухом — все вдруг оказывались «заняты».

В субботу, ровно в четыре, Игорь с Ириной стояли на пороге. Без предисловий уселись в гостиной.

— Мы насчёт дачи, — сразу начал Игорь. — Квартира ладно, пусть остаётся вашей. Но дача… Мы же её всё время содержали.

— Нет, — холодно парировала Зинаида. — Вы не содержали. Вы там отдыхали. Пользовались, но не помогали. И, кстати, когда тётя звала — вы ни разу не приехали.

— А кто бы с ней возился? У нас дети, внуки, работа! — вспыхнула Ирина.

— Зато претензии теперь есть, — сухо заметил Дмитрий. — Забавно, правда?

— Вы хоть раз её туда вывозили? — язвительно бросила Ирина.

— Дачи у нас не было, но мы дважды оплачивали ей путёвки в Сочи, — спокойно ответила Зинаида. — И завещание на нас. Это наше общее имущество. Будем продавать.

— Серьёзно? — усмехнулся Игорь. — Ради развалившейся хибары портить отношения с роднёй?

— Если это развалины — зачем вы так за них цепляетесь? — парировал Дмитрий.

На следующий день раздался звонок.

— Ты что, Димон?! Приехали с Романом за вещами — а там замки сменили!

— Да. И на калитке, и в доме. Надо было предупредить. В субботу приедем с Зиной — забирайте своё. Но не раньше.

Он положил трубку и повернулся к жене.

— Как ты догадалась, что они рванут туда?

— Ты своих не знаешь? Не поменяй мы замки — вынесли бы всю утварь, включая чайник.

Дачу продали. Вместе с прежней квартирой купили трёшку в Геленджике, в новом доме у самого моря. До пляжа — пять минут пешком.

Дочь Катя осталась в московской квартире тёти Гали, учится на третьем курсе. Дмитрий устроился в порт, Зинаида — в школу неподалёку. Казалось бы, жизнь наладилась. Но не тут-то было.

С весны телефоны зазвонили не переставая. Родня, годами не вспоминавшая о них, внезапно «поскучала». Первой набрала Ирина:

— Вы нас дачи лишили, теперь отдыхать негде. Так что в июле приедем к вам. Вся семья, включая внука Игоря.

— Ира, мы никого не звали. Мы тут живём, а не санаторий. Хотите отдохнуть — бронируйте номер.

— Ты видела цены в Геленджике?!

— Не видела. Но если дорого — отдыхайте, где дешевле. А к нам — не надо. Гостей не ждём.

— То есть родителей мужа приняли, а родную сестру — нет?!

— Это были родители Дмитрия. Будь живы наши — и им бы не отказали. Но пятеро взрослых с детьми на две недели — нет, спасибо.

— Вот поживите! Останетесь одни — никто вас и вспоминать не станет!

— Не беспокойся. С переездом у нас столько «родни» набежало, что хватит на три дома. Все вспоминают нас с июня по сентябрь. Остальное время — тишина.

Тишина, которая теперь стала для них самой дорогой роскошью.

**Урок:** Родные иногда ценят не тебя, а то, что ты можешь дать. И когда исчезает выгода — исчезают и они.