Когда родные становятся чужими

**Когда родня превращается в чужих**

— Таня, звонил Дмитрий, — Сергей зашёл на кухню. — В субботу он с Алиной собираются заглянуть. Только вдвоём. Говорит, нужно обсудить.

— Ну да, обсудить… — усмехнулась Татьяна. — Насчёт дачи, я уверена. Готовься, сейчас начнётся «по-родственному честный» дележ.

Прошло чуть больше двух месяцев после смерти тёти Галины. Она оставила Сергею и Татьяне двухкомнатную квартиру в центре Москвы и дачу под Сочи. Четыре года они за ней ухаживали — приносили продукты, возлежали возле больничной койки, дважды отправляли в санаторий. Остальные — Дмитрий и Алина — только нахлебничали: летом жили на даче, а когда тётя просила её туда отвезти, вечно были «в делах».

В субботу ровно в четыре Дмитрий и Алина стояли на пороге. Поздоровались холодно, без тени улыбки. Уселись в гостиной, и Дмитрий сразу начал:

— Мы насчёт дачи. Вы получили квартиру — ладно. Но дача… Мы же за ней следили. И считаем, что по-честному — отдать её нам.

— Вы за ней не следили, — ровно сказала Татьяна. — Вы там жили в сезон. А когда тётя болела — ни один из вас даже трубку не взял.

— А ты не встревай, — прошипела Алина.

— Почему? Я тоже в завещании. И я помню, кто и сколько раз приезжал к Галине. Вы за четыре года объявились трижды. Раз — за помидорами, второй — привезти детей, третий — чайку попить. Вот и всё.

— Ну и что? Мы же родня! — вспыхнула Алина. — А теперь вам что, дачу продать охота?

— Да, — ответил Сергей. — Мы её починим и выставим на продажу.

— Ну и с богом! — буркнул Дмитрий. — Только потом не удивляйтесь, если останетесь одни!

На следующий день раздался звонок:

— Ты что удумал?! — орал Дмитрий. — Мы приехали с племянником на дачу, а там замки поменяны!

— Конечно. И калитка, и дверь. Надо было предупредить. В субботу мы приедем с Таней — заберёте свои вещи. Но без нас — ни-ни.

— Ах вы своло…

Сергей спокойно положил трубку. Татьяна даже бровью не повела:

— Молодец, что замки сменил. Не сделай этого — от дачи бы мокрого места не осталось.

Дачу они продали. Продали и свою старую квартиру. Купили новую, трёшку в жилом комплексе у моря под Геленджиком. До пляжа — десять минут на машине. Дочь Аня осталась в московской квартире тёти — училась в институте. Сергей устроился в порт, Татьяна преподавала в школе. Началась спокойная жизнь.

Но ненадолго. Уже в марте телефон разрывался. «Родные» вдруг вспомнили о Сергее. Первой позвонила Алина:

— Ну что, мы с семьёй приедем к вам в июле. Дачи-то у нас теперь нет, а отдохнуть хочется. Мы же не чужие!

— Вы — гости. А мы никого не звали.

— Ты видел цены на жильё в Сочи?!

— Нет. Но если дорого — езжайте на озеро. Мы никого принимать не будем.

— Родители Татьяны к вам ездили!

— Родители. А не шурины с ордой детей и внуков.

— Вы ещё пожалеете. Когда-нибудь помощь понадобится — и никто не придёт!

— Не беспокойся. С мая по сентябрь про нас все вспоминают. А вот в ноябре и феврале — гробовая тишина.

Именно эту тишину Сергей и Татьяна ценили больше всего.

**Вывод:** Родня — как погода: когда светит солнце — все тут как тут, а в метель — ни души. Лучше мало, но своих, чем толпа, которой ты нужен только летом.