«Готовься, семья едет разбираться с наследством: Ты обделила брата, где твоя совесть?»

«Готовься, мать с братом едут делить наследство»: Ты обокрала родного брата, у тебя ни стыда, ни совести

Я отказалась от своей части наследства в пользу отца, но он неожиданно оформил на меня всю квартиру. Его слова до сих пор звонят в ушах: «Поймёшь позже. Только не верь им — будут врать». Тогда я не поняла, о ком речь, но теперь знаю слишком хорошо.

Меня зовут Анжелика. Моя тётя — Вера, младшая сестра матери. Они не общались годами: ходили слухи, что Вера прикарманила бабушкино наследство. У неё были дети — двоюродные брат Игорь и сестра Лариса. В детстве мы играли вместе, но потом связь пропала. Недавно Лариса нашла меня в соцсетях и накапала такого, что мороз по коже.

Последние годы — сплошные похороны. Три года назад умерла мать. Отец дотянул до моего выпуска из университета в Екатеринбурге — и следом отправился за ней. Они души не чаяли друг в друге: отец носил мать на руках, заваливал розами. Кажется, он так и не смирился с её уходом.

После смерти матери отец унаследовал половину квартиры. Я отказалась от своей доли в его пользу, а он, к моему шоку, переоформил на меня всю жилплощадь. «Поймёшь позже, — бормотал он. — Не верь им. Будут врать». Я пыталась вытянуть из него, кто эти «они» и о чём лгать, но он только качал головой.

Через полгода после его похорон мне написала Лариса. Напомнила, что она дочь Веры, и сообщила, что скоро будет в Екатеринбурге. «Надо встретиться, — писала она. — Есть важные новости». Я не стала отказывать, дала адрес, попросила предупредить заранее.

Лариса приехала через неделю. Я встретила её на вокзале — она нервно кусала губы. Привела в квартиру, и она, осмотревшись, бросила: «Хорошая хата. Жаль, скоро придётся выметаться». На кухне она выложила козыри: Игорь — мой единокровный брат. Деталей она не знала, но уверяла, что именно поэтому бабушка завещала всё Вере, а не поделила между сёстрами.

По её словам, мой отец сначала крутил роман с Верой, а когда та забеременела Игорем — кинул её и женился на моей матери. «Мать с Игорем скоро нагрянут делить наследство, — предупредила Лариса. — Держи ухо востро».

Меня будто кипятком ошпарило. Игорю не светит ни копейки — квартира моя, сбережения отец хранил в матрасе, а машину я купила сама. Вся эта история с братом казалась бредом — отец боготворил мать. Но кто знает, что творилось в его прошлом?

«Спасибо за предупреждение, Лариса, — сказала я. — Пусть приезжают, если хотят».

Постелила ей на диване и легла спать. Я сплю чутко — среди ночи проснулась от шороха. Открываю глаза: Лариса копается в моём комоде, подсвечивая экраном телефона.

«Что-то ищешь?» — спросила я.

Она вздрогнула, телефон выскользнул из рук и разбился об пол.

«Я… это… ничего, — залепетала она.

«Лариса, иди спать. А утром — вали отсюда. Не люблю гостей, которые шастают по моим вещам».

Утром её и след простыл. Дверь была приоткрыта. Проверила — вроде ничего не украла.

Через пару дней раздался звонок. Тётя Вера, пьяная в стельку, орала в трубку:

«Ты уговорила отца переписать на тебя квартиру, да? Обездолила родного брата, стерва! Он снимает угол, еле сводит концы с концами, а всё из-за твоей матери! Не будь её, он бы на мне женился. Она всё разрушила!»

Я бросила трубку. Больше она не звонила. Но Лариса доставала — требовала новый телефон взамен разбитого, винила меня.

Вера с Игорем так и не объявились. Видно, Лариса доложила им, что квартира не их. После этого цирка я наконец поняла, почему мать избегала их. Такие родственники — хуже тараканов.