«Как свекровь разрушила семью и лишила бабушкиного счастья!»

«Больше ты не только в руки его не возьмёшь, но и никогда не увидишь своего внука!» — так закончилась история одной свекрови, которая разрушила семью.

У каждой невестки отношения со свекровью складываются по-разному. Кому-то везёт — они находят общий язык, а кто-то просто терпит. Но бывают ситуации, в которых терпение превращается в пытку. Так случилось с моей подругой Алиной, чья жизнь стала настоящей битвой с женщиной, методично разрушавшей её счастье.

Когда Алина встретила Дмитрия, ей было двадцать два. Он был старше, уже разведён и воспитывал двоих детей от первого брака. Несмотря на разницу в возрасте и жизненных взглядах, между ними вспыхнуло настоящее чувство. Они верили, что смогут преодолеть любые трудности — и прошлое Дмитрия, и косые взгляды окружающих. Но одно препятствие оказалось непреодолимым — его мать, Галина Петровна.

С самого начала свекровь не скрывала неприязни. Её раздражало в Алине всё: молодость, простота, манера одеваться, даже её смех. Галина Петровна подкладывала мелкие пакости, будто нарочно искала слабые места. Алина пыталась угодить, надеялась, что со временем свекровь смягчится. Напрасно.

Сначала Галина Петровна принесла в их дом щенка, хотя знала, что у Алины аллергия и что у них уже жили кот и собака. Квартира превратилась в хаос, где животные постоянно соперничали. Потом свекровь начала выкидывать «лишние» вещи — книги, украшения, даже подарки Алине, оправдывая это тем, что «с ребёнком не до роскоши». Но самое страшное началось, когда Алина забеременела.

Когда её положили на сохранение, Галина Петровна развернулась в доме как полновластная хозяйка. Она разрезала свадебное постельное бельё на тряпки, выбросила половину Алининой одежды. Беременная женщина чувствовала себя чужой в собственном доме — униженной и беспомощной. Но худшее ждало впереди.

Перед самыми родами они решили доделать ремонт. Дмитрий позвал мать помочь. Та пришла и сразу потребовала, чтобы Алина на девятом месяце красила стены. Когда та отказалась, сославшись на самочувствие, Галина Петровна фыркнула:

— Раньше бабы и в поле рожали, и сено метали, а ты неженка, только ноешь!

Дмитрий промолчал. И в этом молчании было больше предательства, чем в любых словах.

После родов Алина вернулась домой уже с другим сердцем. Она чувствовала себя лишней. А когда обнаружила в детском одеяле, подаренном свекровью, спрятанные булавки — сердце её сжалось от ужаса. Она показала мужу, но он лишь отмахнулся: «Тебе кажется». Тогда Алина швырнула одеяло в печь и смотрела, как огонь пожирает её последние надежды.

Прошло время. Ребёнка нужно было вести в поликлинику, спина болела невыносимо. Помощи не было. Дмитрий вызвал мать. Та приехала с видом святой великомученицы. Всю дорогу она язвила: «Слабая ты, Алина. Мой сын мог бы найти и покрепче. Тебе бы только на диване валяться».

Алина молчала. Стиснув зубы, думала только о ребёнке.

На обратном пути Галина Петровна, не дождавшись зелёного света, с младенцем на руках бросилась под колёса машин. Тормоза визжали, водители орали, а Алина стояла на тротуаре, парализованная ужасом.

В этот момент что-то в ней оборвалось.

Прямо на улице, не сдерживая слёз, она крикнула:

— Ты чуть не убила моего сына! Ты травила меня с первого дня! Запомни, Галина Петровна, больше ты его не увидишь. Не возьмёшь. Никогда! Ты мне чужая. И плевать, что ты его бабушка!

А потом выдавила то, что копилось месяцами:

— Может, ты и правда хотела, чтобы я не вернулась из роддома? Может, булавки в одеяле — не случайность? А если это наговор? Чтобы я исчезла, как исчезла первая жена?!

Галина Петровна онемела. Алина развернулась и ушла.

Брак рухнул. Дмитрий так и не смог выбрать между матерью и семьёй. Алина собрала вещи и уехала с сыном, забрав самое важное — своё достоинство и право ребёнка расти без яда.

Теперь она живёт одна. Работает, снимает квартиру, растит малыша. И, несмотря на всё, говорит: «Я выбрала свободу. Я выбрала жизнь — свою и сына. Больше я не позволю никому нас ломать».

А вы простили бы такую свекровь? Или тоже поставили бы точку?