Возвращение предателя: мама готова простить, а мы – нет

Бывает, у моей мамы не сердце, а бездонное озеро всепрощения. Пять лет назад отец поступил с ней так низко, что мне до сих пор горло перехватывает при воспоминании. А она? Спокойно вздыхает и шепчет: «Всё ушло, как вода в песок. Приполз, повинился, молит о прощении… Хочет снова быть вместе…»

А мы с сестрой — ни в какую. Потому что помним. А забыть — словно предать саму себя. Почти сорок лет они шли плечом к плечу. От коммуналки в Екатеринбурге до огромного дома в Подмосковье. Сперва — каморка под лестницей, потом — «двушка» в хрущёвке, затем — трёшка в новостройке, а в конце — коттедж с видом на лес. Отец обожал шикарную жизнь. Иномарки менять раз в два года, ремонты «чтоб соседи обзавидовались», техника — только премиум.

А ещё он обожал свою бухгалтершу. В самом прямом смысле — заглядывался на каждую её юбку. И вот она внезапно заявила, что ждёт ребёнка. Сроки упущены. Отец решил: «Люблю, ухожу к ней!» Ушёл бы тихо — ещё куда ни шло. Но нет. Начал делить добро, будто мы ему посторонние. Прикидывал: «А не обидел ли я сам себя?»

Я к тому времени уже замужем была, жила отдельно. А вот сестра — с мамой. Ей обещали квартиру к свадьбе, отец клялся. Но после скандала остались лишь пустые слова. Квартиру забрал себе. Прихватил дом, гараж, машину, да ещё и вынес из квартиры всё, что счёл «своим». Даже маму лишил доступа к счету, мол, деньги теперь нужны его «новой» семье.

Потом месяцами он приходил, как на службу — то за старым креслом, то за коллекционными рюмками. И только когда сестра сменила замок, это прекратилось. Тогда мы с мамой решили разменять квартиру, чтобы сестра с мужем были отдельно. На свадьбу отца не звали — он и не напрашивался. После его бегства жить стало туже, но мы выкрутились.

Мама вернулась на прежнюю работу — опытного экономиста встретили с радостью. Мы с сестрой тоже поднажали, и постепенно всё наладилось. А вот у отца дела пошли наперекосяк. Здоровье сдало, молодая жена, которой он душу доверял, выставила его за порог. В этот раз он даже не спорил — оставил ей дом, забрал только машину и поселился в гостинице.

И началось… Звонки маме, рыдания в трубку: «Прости, ослеп… Давай всё вернём…» И знаете что? Она поверила! Пришла к нам с сестрой и говорит: «Ваш отец хочет мириться… Может, дадим ему шанс?»

Мы онемели. Чётко сказали: если впустишь его — мы перестанем переступать этот порог. Любим тебя, всегда поможем, но вернуться к предателю — не прощение, а издевательство над собой.

И говорить об «отце» мы больше не намерены. Потому что тот, кто променял семью на мираж, не заслуживает этого имени.