Я забочусь о тебе, но почему ты меня ненавидишь?

Моя жизнь в маленьком поселке под Воронежем — это бесконечный сериал, но без хеппи-энда. Я, Людмила, вот уже сколько лет делю кров со своей свекровью, Агнией Петровной, которая мастерски превращает мои будни в жанр «ужасы». Сегодня чаша терпения переполнилась, и я выдала вопрос, копившийся годами: «Ну за что ты меня так?!» В ответ — молчание, ледяное, как сибирская зима, и взгляд, от которого мурашки по спине.

В тот день я, как обычно, вела бой с домашним хаосом: пропылесосила, вымыла полы до зеркального блеска. И тут Агния Петровна с видом победителя рассыпает крошки от пряника прямо на мой свежевылизанный паркет. Стою, как памятник, — это же надо так тонко подколоть!

— Мам, ну ты специально?! — чуть не пискнула я, сжимая тряпку.

Она даже бровью не повела:

— Ничего, подотрешь! Не развалишься!

И с довольной ухмылкой уткнулась в газету «Вестник пенсионера», которую знает наизусть. Я, стиснув зубы, собрала крошки, но внутри всё бушевало, как февральская вьюга. Вышла в сад — хоть лопатой махать, а то с ума сойду от этой атмосферы.

А вечером, когда нервы уже сдали, я выдала:

— Да за что ты меня ненавидишь?! Я тебе и борщ, и белье, и пуговицы пришиваю! Даже моя Аленка тебе помогает! Ну что я тебе сделала?!

Ответом был взгляд в стену, будто я прозрачная. Рыдать хотелось, но я сглотнула комок в горле и пошла стирать.

Моего мужа, отца Аленки, не стало много лет назад. Дочке тогда восемь стукнуло. И вот Агния Петровна, едва гроб в землю опустили, заявила:

— Будешь тут жить! А то люди подумают, будто я тебя на мороз выгнала.

Куда мне было деваться? У родителей сестра с двумя детьми ютилась — нам там и места-то не нашлось. Я наивно думала, что со временем свекровь смягчится. Но нет. На людях — «ах, какая у меня сноха золотая», а дома — «руки-крюки, мозги — опилки».

— Да кому ты такая сдалась?! — орала она. — С ребёнком на шее! Живешь у меня — и радуйся! Дом тебе оставлю, но если хоть раз ослушаешься — племянникам всё перепишу!

Я боялась. Терпела. Ради Аленки. А Агнии Петровне хоть бы что — в девяносто лет бодра, как огурчик, пенсию на деликатесы спускает.

Теперь Аленка заканчивает институт и скоро выйдет замуж за хорошего парня. Уедут они в его квартиру, и я хоть порадуюсь за нее. Но вот себя-то как жалко! Всё отдала — а взамен? Тыкву на Хэллоуин делают добрее. Где взять силы, чтобы выбраться из этого болота?..