Отказалась от общения с матерью из-за её поддержки бывшего мужа и обвинений в разводе

Сегодня сделал последнюю запись в этом дневнике о матери. Решил порвать с ней все связи — слишком долго она защищала моего бывшего, обвиняя в разводе меня.

Мать давно расставила приоритеты. Моего первого мужа она возвела в ранг святого, а на меня вешала все грехи. Даже после развода продолжала с ним общаться, да еще и нынешнего супруга пичкала рассказами о том, какой “идеальный” был у неё первый зять.

Понятное дело, такие разговоры только портили наши отношения — и с женой, и с матерью. В конце концов, я понял: раз она так привязана к бывшему, пусть теперь живет с ним. А я устал быть участником этого цирка.

С Таней мы расписались сразу после института. Было всё стремительно — бурный роман, пышная свадьба. Мать души в ней не чаяла, чуть ли не на руках носила. Сначала казалось милым, потом стало бесить.

Первые полгода — цветы, ужины при свечах, нежности. Но потом что-то треснуло. Жена превратилась в истеричку, начала пилить меня по любому поводу. Скандалы шли чередой. Я не раз приезжал к матери, надеясь на поддержку, но слышал только: «Ну что ты опять сделал? Таня — золото, а ты…»

Когда она заглядывала к нам, первым делом принималась критиковать: пыль не вытер, ужин не так приготовил, рубашки мятые. А если я говорил, что устал после смены, она фыркала: «Мужчина должен быть опорой! Твоя жена — красавица, а ты вечно ноешь, как баба!»

Я пытался напомнить, что у неё самой три брака развалились, но в ответ получал такую бурю, что лучше было молчать. С Таней мы прожили два года. Всё кончилось, когда она впервые ударила меня посреди ссоры. Я собрал вещи и ушёл. Наутро подал на развод.

Мать взбесилась. Утверждала, что если женщина подняла руку, значит, я сам довёл. Потом Таня приходила — то плакала, то грозилась прыгнуть с крыши. Мать давила, как могла. Но я не сломался. Через пару месяцев съехал от неё — надоело слушать, какой я никчемный мужик, раз упустил «такую жену».

Год приходил в себя. А потом встретил Лену. Тихую, добрую, без истерик. Долго встречались, а через полтора года расписались. От матери скрывал, зная, как она отреагирует. И не ошибся. На первой же встрече она принялась сравнивать Лену с Таней — и, конечно, не в пользу первой.

На своё шестидесятилетие она позвала мою бывшую, и весь вечер поливала Лену грязью, восхваляя Таню. Мы не выдержали — ушли. После этого мать начала названивать, твердя, что я женился на серой мыши, недостойной меня. Все мои просьбы остановиться только разжигали её.

И тут меня осенило: мать системно ломает меня, мою семью, мою жизнь. Стало страшно за будущее. За Лену, которую я люблю. За детей, которых она тоже будет травить. Я не хочу, чтобы кто-то говорил им, что они «недостаточно хороши» — как когда-то твердили мне.

И я принял решение: всё. Никаких контактов. Хочу жить своим умом. Не хочу, чтобы этот брак развалился, как предыдущий — из-за её яда. Раз ей так дорога Таня, пусть теперь живёт с ней. А я буду с тем, кто действительно любит меня.

И знаете… впервые за много лет я вздохнул свободно.