Я мечтала о дочери, а сын подарил мне слёзы радости на своей свадьбе…

Дневник.

Я мечтал о дочери, а судьба подарила мне сына. И вот я сидел на его свадьбе, сжимая в руках платок…

В зале гремела музыка, гости поднимали бокалы за молодых — Дмитрия и Анну. Все смеялись, танцевали, а я в уголке украдкой смахивал слезу. Не от умиления — от щемящего чувства, что теперь останусь совсем один.

Моя мать когда-то говорила: «Сын — это гость в доме. Вырастет — уйдёт к жене. Дочь — навсегда». Я отмахнулся тогда. Мол, живём в современном мире, какие предрассудки?

Ещё в юности представлял, как буду воспитывать девочку. Купил ленточки, куклу, даже имя придумал — Машенька. Но родился Дима. Крепкий, голубоглазый, с упрямым вихром на макушке. Глядя на него, я утешал себя: «Ну почти как девочка…»

Он рос ласковым, послушным. В детстве его даже путали с девочкой — такие у него были длинные ресницы. Потом вымахал в богатыря, стал серьёзным, но сердце оставалось тёплым. Я гордился им. Хотя иногда думал: «А если бы тогда не ушёл от жены, может, и была бы у меня та самая Машенька…»

Когда Дима привёл Аню, я сразу понял — это надолго. Они смотрели друг на друга так, словно вокруг никого нет. Я хотел что-то сказать, но в последний момент передумал. Только пробормотал: «Не задерживайся…»

Сын кивнул, но в его глазах читалось: «Пап, я уже сам решаю».

Через полгода он объявил о свадьбе. Я попытался отговорить:

— Давай хотя бы институт окончишь?

— Любовь не ждёт, — рассмеялся он. — Мы с Аней — одна команда.

Свадьбу гуляли на широкую ногу. А я сидел в стороне, глотал ком в горле и вспоминал, как нёс его из роддома — крошечного, завёрнутого в голубое одеяльце. Теперь передо мной стоял мужчина, готовый к своей жизни.

Аня заметила мои слёзы. Подошла, коснулась плеча:

— Иван Сергеевич, что-то не так?

— Да нет… Просто нахлынуло.

Но она не отступила. И я выложил всё: мечты о дочери, страх одиночества, глупые материнские предрассудки. Аня слушала молча, а потом обняла:

— Давайте я стану вашей дочерью.

С тех пор всё изменилось. Они сняли квартиру, потом купили свою. Я бывал у них каждые выходные. Аня звонила, советовалась, даже рецепты мои выпрашивала. А потом… родилась внучка. Кудрявая, весёлая — вылитый Дима в детстве. И та самая Машенька, о которой я когда-то мечтал.

Когда впервые взял её на руки, расплакался. Аня шепнула: «Теперь вы дедушка. Мы вас любим».

Прошли годы. Дима стал начальником отдела, Аня открыла кондитерскую. Я переехал к ним — своя комната, внучка на коленях, покой и уют.

Теперь, глядя, как Маша лепит куличики во дворе, я мыслюТеперь, глядя, как Маша лепит куличики во дворе, я понимаю, что судьба дала мне даже больше, чем я когда-то осмеливался мечтать.