Сама не пускала, теперь зовёт: свекровь, тряпка и сковородка на её условиях

Свекровь против швабры и кастрюль: когда-то нас выставила за дверь, а теперь зовёт — но на своих условиях

Пять лет назад я стала женой Сергея. Это был осознанный шаг, сделанный по любви, с полной уверенностью, что вместе мы преодолеем всё. Но ещё до свадьбы, когда мы пришли сообщить о наших планах его матери, её реакция словно обдала нас ледяной водой:

— Не ждите от меня помощи! И жить со мной не смейте! Я здесь хозяйка и не собираюсь никому уступать!

Мы с Сергеем переглянулись. Особенно я была в шоке. Ведь ещё во времена его учёбы, по её же настоянию, он переехал из её квартиры на съёмную. Мол, так удобнее. Вот там мы и остались после свадьбы, копя на своё жильё.

А у свекрови — просторная трёхкомнатная в центре Тюмени. Досталась ей от родителей — отец умер рано, а мать дожила с ней до седых волос. Свекровь развелась с мужем, когда Сергею было лет шесть. В браке продержались всего пять лет. И, как она сама призналась мне позже:

— Я не приспособлена быть кухаркой. Ненавижу уборку, стирку, готовку. Я не прислуга — я женщина! Должна жить для себя!

После развода она вернулась в родительский дом, где за всё отвечала её мать. Бабушка Сергея варила, мыла, ухаживала и за внуком, и за дочерью, пока та «делала карьеру» и «много работала». Даже когда бабушка заболела, свекровь не взяла на себя заботы. Она не уступала — никогда.

Потом умер отец Сергея. Они общались. Квартира отца по завещанию была поделена между мужем и мачехой. Та оказалась разумной — согласилась продать свою долю, и мы с Сергеем выкупили её. Обустроились, родили дочь. И тут началось…

Когда Анжеле было полгода, Сергей упал на улице и сломал ногу. Перелом — сложный. Его уволили, деньги таяли. Я не могла работать — ребёнок, муж без движения, ипотека, долги. Мы жили впроголодь. Тогда Сергей, скрепя сердце, позвонил матери:

— Мам, может, переедем к тебе? Ненадолго. Свою сдадим, выберемся…

Ответ прозвучал резко:

— Даже не думайте! У меня тут Нина живёт! Она мне помогает, а вы только мешать будете!

Нина — её двоюродная сестра, немолодая, без семьи. Раньше жила в селе, но дом сгорел. Свекровь «милостиво» приютила её… чтобы та стирала, мыла и готовила. Нина стала бесплатной прислугой. А свекровь не стеснялась:

— Живёшь за мой счёт — иди работай! Не на кормах же сидишь!

Мне было жаль Нину. Она выглядела затравленной, но молчала. А потом… исчезла. Через полгода Сергей сказал:

— Представляешь, Нина сбежала! Нашла мужчину с квартирой — и уехала, даже не попрощалась.

Мы порадовались за неё. Добрая женщина, заслуживающая лучшего, а не криков и рабства. Но теперь свекровь одна. Кто за неё теперь будет мыть полы?

И вдруг — звонок. Она сама!

— Ладно, переезжайте. Квартиру сдавайте. Но условие: Лена (то есть я) будет всё делать! Готовить, стирать, убирать. А что? Бесплатно ведь жить будете!

Когда Сергей передал её слова, я расхохоталась.

— Ты ей сказал, что никогда? — спросила я.

— Конечно, — кивнул он. — Обиделась. Сказала, наймёт уборщицу.

Пусть нанимает. Мы оба работаем, я вышла из декрета, дочь в садике. У нас свой дом, свой покой. Я не стану служанкой для женщины, которая всю жизнь бегала от обязанностей, но спокойно сидела на шее у собственной матери.

Прошло пару дней — она снова звонит: «Вы точно не передумали?»

Нет, не передумали. А я подумала: скоро она выйдет на пенсию. Денег на уборщицу не хватит. Интересно, кого станет упрашивать тогда? Или, может, возьмёт наконец тряпку и кастрюлю — и научится жить, как взрослая?

Посмотрим…