Невестка удивила свекровь неожиданным отпором.

Во сне, где стены качаются, как будто сквозь густой туман, я осознаю: самый страшный гость — это не чужак за дверью, а родная свекровь с банкой маринованных грибов и медовым прищуром. Меня зовут Даша Борисова, замужем третий год, и всё у нас с Витей было прекрасно… пока его матушка не начала «навещать» нас так часто, что даже соседский кот Федя стучится в дверь реже.

Я перебирала крупы в шкафу, когда раздался звонок. Открываю — ну конечно, Валентина Петровна, свекровь моя, закутанная в шаль, словно в паутину.

— Дорогуша, привет! Принесла грибочков собственного соления! Из боровиков! Только из погреба! — протягивает стеклянную банку, в которой что-то пузырится.

Я сжала зубы. Мы с Витей грибы терпеть не можем. Меня в детстве ими травили в деревне у бабушки, а у Вити дед грибником был — так он до сих пор при виде шампиньонов бледнеет. Об этом мы говорили. Много раз. Но свекровь будто оглохла.

— Валентина Петровна, мы же не едим грибы. Вы знаете.

— Да ладно тебе, не пропадать же добру! Может, гостей угостите? — отмахивается она, уже протискиваясь в коридор.

Но дело не только в этих проклятых грибах. Она приходила всё чаще. Без звонка. Без стука. Входила, как хозяин тайги, и начинала «ревизию»:

— Ой, а это что за селёдка? Дайте-ка попробовать. И хлебца отрежу, раз уж зашла. А я вам, между прочим, грибочков принесла — делиться надо, не жадничайте!

Её аппетиты росли с каждым визитом. А однажды она явилась не одна, а с подругой Людмилой Степановной. Без предупреждения.

— Мы из храма шли — решили чайку попить. Угостишь нас?

Пока я застыла на пороге, свекровь уже лихо шарила по холодильнику, вытаскивала пряники, творог, мёд, а Людмила Степановна усаживалась на диван, словно в театре.

Я чувствовала себя лишней в своей же квартире. Витя только вздыхал: «Ну мама же, она добрая». Добрая? Я видела, как она сунула в сумочку нашу икру. Это была уже не забота — это была настоящая аннексия.

Тогда я придумала план. Тихий, но меткий. Назавтра я позвала подругу Катю, купили самое острое китайское рагу, какое нашли, и без предупреждения постучались к Валентине Петровне.

— Здрасьте, мимо шли, решили зайти! Вам гостинцев принесли — кушайте! — улыбаюсь, суя ей пакет с рагу.

Свекровь позеленела. Она терпеть не может острое. Один раз попробовала перец чили и с тех пор зовёт его «дьявольской пылью».

— А мы пока посмотрим, что у вас вкусного есть, — говорю и направляюсь к её буфету.

Достаю холодец, «Мимозу», пирог — всё ставлю на стол. Катя уже хихикает.

— Валентина Петровна, вы не против? Мы же вам угощение принесли — надо по-честному! — добавляю сладким голосом.

Свекровь сидела, будто её громом ударило. Слов не находила. Видно было — поняла. Поняла, каково это, когда в твоём доме ведут себя, как на рынке.

Я ушла, поблагодарив за «гостеприимство», и пообещала заходить почаще.

С тех пор всё изменилось. Свекровь теперь звонит заранее, визиты — как редкие солнечные дни. Она даже начала приносить то, что мы и правда любим. Никаких грибов. Иногда и правда — не надо ссориться. Достаточно просто показать человеку его же отражение.