Тень предательства: Путь к свободе героини

Тень предательства: Дорога к свободе Анастасии

Анастасия, еле волоча ноги после тяжелого дня, затащила в свою квартиру в Воронеже увесистые пакеты с продуктами. Швырнула их на кухонный стол, переоделась в домашнее и обнаружила, что мужа нет.
— Странно, — пробормотала она, хмурясь. — Где он торчит в такую рань? Опять задержали на работе?
Их сын Никита гостил у бабушки в соседнем районе. Анастасия сварила борщ, поужинала в одиночестве и, устроившись на диване, полезла в соцсети. В ленте мелькнул профиль незнакомки — молоденькой, яркой, с улыбкой во всю щеку. Любопытство взяло верх: Анастасия заглянула к ней на страницу, открыла фото — и будто получила под дых.

— Ну наконец-то! — Анастасия вылезла из такси, ощущая, как желудок все ещё кувыркается после дороги. Она сделала глоток теплой воды из бутылки.
Морские путешествия давались ей с трудом, а местный таксист, похоже, считал себя пилотом “Формулы-1”.
— Мам, ты как? — Никита, обожавший машины не меньше отца, тревожно смотрел на неё.
— Ничего, Никитуш, просто укачало. Сейчас отдышимся — и марш в номер!

Этот отпуск не планировался. Анастасия вдруг осознала: больше не может жить под одной крышей с мужем. Брала сверхурочные, часами гуляла с сыном в парке — лишь бы не видеть его. Каждый взгляд на окна их квартиры, где маячил Дмитрий, вызывал тошноту.

— Мам, смотри, там батуты! Можно я пойду? — Никита дергал её за руку.
— Конечно, солнышко, иди. Я пока вещи распаковываю.

К Анастасии подкатила пухленькая девица с сияющей улыбкой:
— Ой, новенькие! Какой у вас пацанчик! Давайте я за ним пригляжу, а вы потом мне поможете! У нас тут все друг за друга! А еще каждый вечер — концерты! Вы чем увлекаетесь? Песни, танцы? Я вот частушки мастерю! Записать вас? Меня, кстати, Ира зовут! — выпалила она залпом.

Анастасия, которую ещё подташнивало, мечтала лишь об одном: заползти под кондиционер и отключиться. Концерты её не прельщали.
— Спасибо, но я пас. Сын сам справится, за вашими присматривать не хочу. Извините, мне надо идти, — отрезала она.

Ира надула губы, но отступила. Анастасия, пошатываясь, добралась до номера. Кондиционер на минимум, шторы наглухо закрыты, кровать… Наконец-то одна. Она закрыла глаза — и мысли понеслись куда-то в прошлое. Когда её Дима, самый близкий человек, стал вызывать лишь раздражение?

Может, всё началось с того случая, когда вместо помощи с ремонтом кухни он свалил к другу?
— Настя, у Сереги в гараже катастрофа, надо было помочь, а потом он нас пивком да шашлычком угостил! — весело докладывал он, пока Анастасия оттирала трехлетнего Никиту от клея, которым тот измазался, пока она клеила обои.

Или тот раз, когда Никите было четыре? Он сильно рассек коленку на площадке. Анастасия, в слезах, не знала, что делать. Позвонила Дмитрию, а он рявкнул:
— Вызывай скорую, чего ревешь? Сама довези, проблему нашла!
Она довезла, держала сына, пока врачи зашивали рану, шептала ему что-то ласковое, чтоб не плакал. А вечером Дмитрий явился, глянул на Никиту и хмыкнул:
— Ну, видишь, ерунда, до свадьбы заживет.

Анастасия начала проваливаться в сон, тяжелые мысли отступали. Но тут в дверь постучали.
— Кого черти принесли? — проворчала она, поднимаясь.

За дверью стояла Ира.
— Ой, забыла сказать! У нас тут взаимовыручка. Если продукты нужны — мы с мужем по магазинам, скажи, и тебе прихватим!

— Уже на “ты”? — устало подумала Анастасия. Но Ира выглядела настолько искренней, что стало неловко.
— Спасибо, Ира, но я выжата как лимон. Хочу отключиться.
— Конечно, отдыхай! — Ира засияла и скрылась.

Анастасия прилегла, но не успела сомкнуть глаза, как дверь распахнулась — и в номер влетел Никита с заплаканной девочкой лет семи.
— Мам, помоги! У Даши косички развязались, а мама сказала не возвращаться растрепой! Она ревет!
— Ох, ладно, иди сюда, крошка, — вздохнула Анастасия.

Кое-как заплела девочке косички, утерла слёзы.
— Всё, красавица, марш умываться!
— Мам, ты супер! Мы побежали! — Никита с Дашей умчались.

Спать не вышло. Анастасия ворочалась — сон как рукой сняло. Обычно на отдыхе она сразу раскладывала вещи, создавала уют. Дмитрий же мчался на пляж или в бар — и когда они с сыном его находили, он уже вовсю травил байки в центре пьяной компании.
— У тебя муж — душа компании! — завидовали подружки.
А Анастасия мечтала, чтобы он хоть раз стал душой их семьи.

Она вышла на балкон. Море искрилось на солнце, как обещали в турагентстве. Вдруг уловила запах дыма. Оглянулась — с соседнего балкона вился дымок.
— Ой, прости, мешаю? — из-за стены выглянула женщина лет тридцати.
— Да нет, просто ветерок, — отмахнулась Анастасия.
— Привыкла, что соседний номер пустует, вот и балуюсь. Я Катя, — улыбнулась она.
— Анастасия. Мы с сыном.
— А я с дочкой, Дашей!
— Это не ты её за косички ругала? — усмехнулась Анастасия.
— Уже весь санаторий в курсе? — рассмеялась Катя. — Слушай, чего мы тут как дуры через стенку трещим? Спускайся, у меня винцо есть. За знакомство?
— Поехали! — настроение Анастасии поползло вверх.

Катя оказалась брюнеткой с хитрющими глазками. Уже накрыла “пир” — виноград, пластиковые стаканчики, бутылка полусладкого.
— За новых подруг!
— Ой, девчонки, а можно с вами? — подкатила Ира.
— Конечно, на море всё можно! — Катя плеснула ей вина.

Ира вдруг расплакалась:
— Девочки, я больше не могу…Анастасия обняла её и тихо прошептала: “Всё будет хорошо, мы же теперь одна команда”.