Мать и отец разделились: жениться ли сыну на беременной девушке?

Игорь отказался жениться на беременной подруге. Мать его одобрила, но отец встал на сторону будущего внука.

— Пап, у меня новости. Катя, с третьего этажа… она беременна. От меня, — буркнул Дмитрий, едва переступив порог.

Сергей, отец, на миг застыл, затем невозмутимо процедил:

— Ну так женись.

— Да ты чего, мне ещё гулять да гулять. Какая семья? Мы даже толком не встречались…

— Ага, — усмехнулся отец. — Значит, крутить романы — это пожалуйста, а отвечать — сразу невмоготу. Ну да, ну да. — И, не спросив больше ни слова, рявкнул на кухню: — Ольга! Иди сюда!

Ольга зашла, вытирая ладони о передник:

— В чём дело?

— Вот что. Наш-то Дима наследил — Катька с третьего этажа носит. А он, понимаешь, жениться не горит желанием. Ищет отговорки.

Ольга даже бровью не повела. Лицо стало будто высечено из гранита:

— И правильно. С чего это мы будем первую попавшуюся в дом тащить? Нынче девки — пройдохи: найдут кого побогаче, подсадят, а потом «любишь — отвечай». А там глядишь — и вовсе не его дитё. Пусть ДНК сдаст. Да и вообще, нечего на Диму давить — пацан ещё, могло и сорваться. Мужчина — ему сложно удержаться. Но нам-то чужих детей кормить зачем?

Сергей тяжело вздохнул и тихо проговорил:

— А если это всё-таки его ребёнок?

— Ну и что? Мы что, пожизненную обузу должны на шею вешать? Пусть анализы сделает, тогда и поговорим.

Она развернулась и ушла на кухню, оставив Сергея с сыном.

— Вот что, сынок, — начал он. — Я тоже в своё время был молод и глуп. Любил одну, а женился на другой. Не по страсти, а по совести. Потому что мужик — это не только про «хочу», но и про «должен». Твоя мать тогда ждала тебя. Я не знал, срастётся ли у нас, но знал точно — ребёнок ни в чём не виноват. Моя кровь — моя ответственность. И знаешь, Дима, сколько бы лет ни прошло — я ни разу не пожалел, что остался.

Прошло три месяца. Результаты ДНК были однозначны: с вероятностью 99,9% Дмитрий — отец.

— И что с того? — фыркнула Ольга, когда Сергей положил перед ней бумагу. — Да, отец. Но это не значит, что Катька теперь тут хозяйкой будет. В мой дом — ни ногой. Ясно?

Дмитрий сидел, уставившись в пол. По лицу было видно — он выбрал мамину сторону. Стиснул зубы, но молчал.

Сергей медленно поднялся:

— Раз вы решили — теперь послушайте меня.

Голос его звучал тихо, но с железной твёрдостью:

— Пока я дышу, мой внук не будет ни в чём нуждаться. Куплю участок, построю дом — и всё, что у меня есть, достанется ему. А вы двое можете больше ко мне не подходить. Участвовать в этом цирке я не собираюсь. Дима, отныне ты мне не сын. Каждая копейка моя пойдёт ребёнку. Вам — ни рубля.

Ольга вспыхнула:

— Ты рехнулся? Своего сына лишаешь наследства?!

Сергей не стал отвечать. Развернулся и вышел под аккомпанемент матерной ругани. Дмитрий так и стоял, не веря своим ушам. Но он знал: если Сергей сказал — значит, так и будет.