Обнаружила твою дочь на улице

Игорь ехал с работы, когда раздался звонок. Взглянул на экран — мама.

— Сынок, ты где? — голос Валентины Петровны звучал так радостно, что он даже насторожился.

— Еду домой. Что-то не так?

— Приезжай, тут у нас гости, — загадочно ответила она.

— Кто ещё там?

— Увидишь.

Через двадцать минут он зашёл в квартиру, открыл дверь в зал — и остолбенел. На диване сидела мать… а на её коленях — его дочка Алина.

Вечером он подошёл к жене:

— Таня, сегодня встретил маму…

— И?

— Спрашивала, может ли прийти на день рождения Алины…

— Нет, — резко оборвала Татьяна, даже не повернувшись.

— Может, хватит уже злиться? Прошло же два года…

— Для тебя — прошло. А для меня — два года, и каждый день помню! То, что она сделала, я не забуду никогда.

— Таня, она скучает по внучке. Извинилась же… Давай дадим ей шанс.

— Нет! — глаза жены вспыхнули. — Я не хочу её видеть!

— А я хочу! Это моя мать! И, если честно, виноваты были обе. Почему наказали только её?

— Значит, я виновата? Ладно. Пусть приходит. А мы с Алиной уедем. Отмечайте вдвоём!

— Таня, даже не думай!

— Ещё как подумаю! — бросила она и хлопнула дверью.

Раньше Тане завидовали. Муж — видный, с хорошей работой, квартира — сразу после свадьбы. А свекровь… казалось, сама доброта.

— Представляешь, Лидия Степановна заставила Дмитрия купить мне норковую шубу. Говорит: «На автобусе замёрзнешь!»

— Она нам продукты сама приносит! Смотрит, чего не хватает, и заказывает!

— На день рождения — последний айфон! Сказала: «Тебе давно нужен новый». Свекровь — мечта!

Когда Таня забеременела, свекровь будто святая стала. Водила к лучшим врачам, приносила самые свежие фрукты, тёплые вещи.

Но когда родилась Алина — всё поменялось.

Свекровь навещала каждый день. Купала, кормила, командовала.

— Молока мало, потому что не стараешься!

— Я стараюсь! — чуть не плача, отвечала Таня.

— Да? А выглядишь, как сонная муха!

Игорь просил мать приходить реже. Она обиделась. Начались звонки по сто раз на дню:

— Алина как? Что ела? Как спала?

— Не забудь проветрить, но не простуди!

— Пюре делала? Без комков?

Таня стала тихо ненавидеть эту «заботу». Её не слушали, не уважали. Она была лишь прислугой для внучки.

Однажды после лекции о правильной гречке Таня взорвалась:

— Оставьте меня в покое!

— А я и не уйду! — огрызнулась свекровь. — Ты мне не нужна. Важна только Алина! И контролировать тебя я не перестану!

Через час Таня пошла гулять. Возле аптеки вспомнила, что нужна перекись. Оставила коляску у входа, забежала на минуту… А вышла — коляски нет.

Кошмар. Крики, слёзы, толпа, полиция… Игорь примчался через полчаса.

И тут звонок от матери:

— Сынок, где ты?

— Мама? — он еле дышал.

— Я Алину нашла. Она одна стояла! Как ты вообще доверяешь ребёнка Тане?!

— Я еду!

— Таня, не плачь. Всё нормально. Алина у мамы.

— У твоей мамы?! — Таня побелела. — Это… она сама…?

— Да.

Скандал был жуткий. Свекровь оправдывалась:

— Хотела проучить! Чтобы знала, как детей не бросают!

— Проучить?! — Игорь трясся от злости. — А если бы мы в полицию пошли? Ты вообще понимаешь, что наделала?!

— Мне плевать! Я хотела как лучше!

— А получилось, как всегда.

Таня стояла ледяная:

— Я не прощу. Не звоните. Не подходите к нам. Для Алины бабушки нет.

Так и живут. Свекровь больше не приходит. Номер заблокирован. Таня, увидев её на улице, уводит дочь в сторону.

А Алине скоро три. Бабушка для неё — чужая тётя.