Вместе в тесноте, но без обид

В тесноте, да не в обиде

— Даша, ну что ты, потеснись немного. Это же твоя родная сестра, — голос матери звучал твердо, словно выкованный из металла.

— Мама, какое «потеснись»? Это наша квартира, мы с Виктором тут живем! Где нам тесниться? — Дарья едва сдерживала ярость.

— А что, ей в этой грязной общаге ютиться? Снимать жилье мы не потянем, ты видела, сколько сейчас стоит аренда? Решено: Настя будет жить у вас. Мне спокойнее, когда она под присмотром.

— Мама, мы об этом не договаривались!

— Теперь договорились. Мы семья, должны помогать друг другу.

— Семья? Серьезно? А ты помнишь, как…

— Хватит, некогда мне. Куплю билеты — напишу.

Разговор оборвался. Дарья стояла посреди кухни, сжимая телефон так крепко, будто он мог изменить ситуацию. Она была ошеломлена наглостью матери. Хотя чему тут удивляться?

Дарья всегда была нелюбимым ребенком. Когда мать вышла замуж во второй раз и родила Настю, Даше, тогда шестилетней, пришлось мгновенно повзрослеть.

— Ты уже большая, должна помогать с младшей сестрой, — твердила мать. И на Дашу свалились все дела: уборка, стирка, смена подгузников, походы в магазин, игры с Настей, а позже — и готовка. Отчим исчез вскоре после рождения Насти, оставив их втроем.

Мать обожала Настю, баловала ее как могла. Самый вкусный кусок — Насте, новую одежду — Насте, в кафе заказывали то, что хочет Настя, в кино шли на фильм, который выбрала Настя. Девочка росла в тепле и заботе, мать даже не думала загружать ее домашними делами.

Настя разбрасывала вещи, никогда не убиралась, только капризничала:

— У Лизы новый телефон, я тоже такой хочу!

— Что на ужин? Опять вчерашнее? Давайте закажем пиццу!

— Где мои любимые джинсы? Даша, ты их не постирала? Я? Да я не умею, с чего вдруг?

— Убираться? Не хочу, у меня голова болит. Сама сделаешь.

Мать никогда не перечила Насте. Дарья пыталась протестовать, но в ответ слышала:

— Настя растет без отца, ей тяжело.

— Я тоже росла без отца, мама!

— Знаю. Но ты сильная, а Настя — нежная, как ромашка. Ей нужно больше внимания.

Мать тратила на Настю всю зарплату, брала кредиты на ее прихоти. А когда Даше нужны были новые кроссовки или куртка, мать раздраженно советовала искать вещи на скидках или брать б/у. Она никогда не спрашивала, как Даша учится, чем живет.

Дарья устала от несправедливости и поклялась вырваться из дома как можно скорее. Она училась на отлично, ночами сидела за учебниками, подрабатывала: раздавала листовки, писала рефераты, работала курьером. Зарплата была маленькая, но каждый рубль Даша складывала в жестяную коробку из-под печенья, пряча ее на верхней полке шкафа.

Однажды она вернулась домой после подработки — пять часов на ветру, пальцы замерзли, но задание выполнила. Открыла коробку — и сердце упало: она была пуста.

— Настя! Ты брала мои деньги?

— Какие? — лениво отозвалась сестра, хрустя чипсами.

— Из моей коробки!

— А, эти копейки? Да, взяла. Надо было за доставку заплатить, привезли новый свитер и кроссовки. А мама денег не оставила. Ну и пиццу заказала.

— Ты вообще в себе?! Это мои деньги, я их копила! Кто тебе разрешил?!

— Да что там за деньги? Мелочь. Ты сестре жалко?

— Если бы на что-то нужное — нет! А на пиццу и шмотки — да! Посмотри, в чем я хожу!

— Ну так купи себе! Кто мешает? Чего орёшь?

Дарья заперлась в комнате и плакала от бессилия.

Вечером мать устроила скандал:

— Как ты можешь попрекать Настю деньгами? Взяла и взяла, подумаешь!

— Мама, она их потратила на пиццу и вещи, без которых могла обойтись!

— Тебе жалко? Мы семья, Даша! Стыдно быть такой жадной!

— А ей не стыдно брать без спроса?

— Она ребенок! А ты взрослая, должна понимать.

— А кто меня поймет?

— Хватит ныть! Лучше посуду помой!

Дарья сдала экзамены на отлично и поступила в университет в Москве. Ей дали место в общежитии, и жизнь стала легче. Она училась, гуляла с друзьями, ходила в музеи по студенческому, подрабатывала в кафе и магазине. Тяжелое детство научило ее не бояться работы.

Мать и Настя не интересовались ее жизнью. Мать звонила только с напоминаниями: «У Насти скоро день рождения, не забудь поздравить». Даша переводила деньги, и на этом общение заканчивалось.

На последнем курсе Дарья устроилась помощником бухгалтера и начала хорошо зарабатывать. Мать, узнав об этом, стала звонить чаще, расспрашивать про зарплату и намекать на помощь. Даша иногда переводила небольшие суммы, но помогать серьезно не могла — они с Виктором копили на ипотеку.

Вскоре они поженились и купили маленькую однокомнатную квартиру. На свадьбу позвали только близких. Родители Виктора приехали, а мать с Настей отказались:

— Ой, Даш, зачем нам ехать? Это же просто роспись. Ты не в платье, а в костюме. Разве это свадьба? И билеты дорогие.

— Мама, это важный для меня день. Ты же говорила, что мы семья.

— Не можем. Я Настю в санаторий повезу, денег нет.

И вот, спустя два года, мать объявила, что Настя будет жить у них, пока учится в университете. Не спросила, а поставила перед фактом. Места для Насти не было, да и желания принимать ее у Даши не было. Но где-то в глубине души шевельнулось: а если не у них, то где? Общага — не лучший вариант.

Дарья обсудила все с Виктором. Он был против, но согласился, чтобы Настя пожила у них временно, пока не найдет жилье.

Настя приехала вечером и с порога заявила:

— Ну и дыра у вас! Ничего ближе к центру не нашли? Как я буду ездить в универ?

— Привет, — сухо ответила Даша. — Раздевайся, мой руки, идем ужинать.

— Какая-то у вас квартирка крошечная, — Настя огляделась с презрением. — Как будка.

— Можешь снять себе хоромы в центре, — огрызнуласьНастя хлопнула дверью с такой силой, что в кухне задребезжали чашки, и Дарья вдруг поняла — теперь она наконец свободна.