Connect with us

З життя

Сын отвернулся от нас, несмотря на всё, что мы ради него сделали

Published

on

**Дневниковая запись**

Мне пятьдесят, жене — пятьдесят пять. Всю жизнь прожили скромно, но душа в душу, всегда друг за друга горой. Подняли сына — Артёма. Недавно ему стукнуло двадцать три, и он заявил, что хочет отдельно. Мы обрадовались — возраст серьёзный, пора. Но за этим скрывалось куда хуже.

Артём сразу дал понять: снимать жильё не намерен. По его мнению, мы, как родители, обязаны купить ему квартиру. И даже план предложил: продать нашу уютную двушку в Люберцах, а на выручку взять две однушки — одну нам, другую ему.

Я онемел. Это же не просто стены — наш дом, где столько пережито, столько вложено… Тут и радости были, и горести.

Жена резко отказала. Она из тех, кто считает: взрослый сын должен сам встать на ноги. И я её понимаю. Мы не олигархи, но Артёму ничего не жалели: одевали хорошо, возили на секции, платили за институт, лечили. Когда он захотел ремонт в комнате — помогли и с этим.

Но ему, видимо, мало. Оказалось, его бесит, что живёт с родителями. «В моём возрасте это позор», — говорит. И потому мы просто обязаны продать свою крышу над головой ради его комфорта.

Когда жена сказала «нет», Артём устроил истерику. Кричал, что «нормальные» родители обеспечивают детей, а мы — нищеброды, что он нас не просил рожать. «Могли бы подумать, прежде чем плодить нищету!» — швырнул в лицо отцу.

С тех пор почти не общаемся. Жена верит, что одумается, мол, переходный возраст. А я ночами ворочаюсь: вдруг он прав? Раз родили — должны были и квартиру дать? А если не смогли — кто мы тогда?

Но потом беру себя в руки. Мы отдали ему всё. Всё до копейки. А он? Сидит в своей комнате, за свет не платит, даже спасибо не скажет. Ни капли благодарности. Только тянет руку: «Дайте!»

Да, мы не в «Рублёвке» живём. Но работали честно. Дали ему любовь, дом, еду, образование. Не пили, не били, не бросали. А теперь для него мы — «лузеры»?

Может, звучит жёстко, но мужик в двадцать три года вполне может снять хату. Он не ребёнок. А то, что предпочитает давить на родителей — это его выбор, не наша вина.

Так кто мы — плохие родители? Или просто имеем право сказать «нет», когда нас хотят раздеть ради чужого благополучия?..

**Вывод:** Дети — не инвестиция. Любить — не значит позволять сесть себе на шею.

Click to comment

Leave a Reply

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *

одинадцять + 15 =

Також цікаво:

FR29 хвилин ago

# La clé qu’elle n’a jamais rendue

« Vous avez jusqu'à vendredi. Après, on change la serrure. » Élise Beaumont a répété cette phrase deux fois, comme...

UA40 хвилин ago

Заголовок для звіту

**Три тижні на милицях: як весілля з тридцятьма гостями стало для одного одеського чоловіка найважчим уроком у житті** Я двадцять...

FR41 хвилина ago

Une femme de ménage à Lyon, et l’enfant qui a porté sa blouse

Je m'appelle Julien Rocher, j'ai quarante-trois ans, et je dirige — enfin, je dirigeais à l'époque — les activités les...

UA42 хвилини ago

# Хлопчик, що обманював маму заради собаки

Тарасик стояв біля смітників на Пасічній і не міг зрушити з місця. Звідкись із купи картону долинало тонке скавуління —...

ES55 хвилин ago

Herencia en disputa

**Sábado, 3:40 de la tarde. Un dúplex en la calle Kedzie, Pilsen, Chicago.** —Empaca tus cosas, Rosario. No lo compliques...

FR2 години ago

Le pharmacien de la rue des Lilas

Je m'appelle Nadia Bensaïd, j'ai quarante-trois ans, et je tiens l'officine du boulevard Voltaire à Angoulême depuis onze ans. On...

EN2 години ago

The Last Branch on Maple Street

Ray Kowalski used to say the credit union on Maple Street knew more about him than his own kids did....

ES2 години ago

El banco de la avenida Bird

Llevaba cuarenta minutos sentada en esa silla de plástico verde, viendo cómo mi suegro, don Ramón, avanzaba en la fila...