Неожиданный фейерверк: как неудача едва не обернулась пожаром на праздник

Воспоминание о том, как Артём чуть не спалил квартиру к Восьмому марта

Ещё до того, как Татьяна переступила порог, её встретил подъезд, полный дыма, скользкие от мыльной воды ступени и воздух, настолько густой, словно он предупреждал: «Не входи, проходи мимо». Но Татьяна, женщина с характером, директор крупного завода, не из тех, кто отступает перед бытовыми катастрофами.

Распахнув дверь, она швырнула на тумбу букет с корпоратива, сбросила туфли, будто скидывая с плеч весь тяжёлый день, и сунула ноги в тапочки. Хотя, судя по потопу на полу, лучше бы надела резиновые сапоги. Внутри квартиры что-то булькало, хлопало и дымило. А из угла доносился истошный вой кота.

— Артём?! Что, чёрт возьми, здесь творится?! — рявкнула она, пробираясь сквозь пар и чад подгоревшего масла.

Муж вынырнул из глубины квартиры. В одних подштанниках, босой, с лицом, измазанным сажей, синяком под глазом и головой, замотанной в полотенце, как у туркмена в пустыне. Выглядел он так, будто не праздничный ужин готовил, а с фашистами под Курском сражался.

— Танюша… Я думал, ты позже придёшь… корпоратив, ты же там за всех отвечаешь. Обычно до ночи задерживаешься…

Татьяна, даже не удивившись, опустилась на пуф, закрыла глаза и твёрдо сказала:

— Докладывай. Всё. Без «солнышко» и «не переживай». Я переживала, когда в девяностые бандиты на заводе устраивали разборки. Переживала, когда бизнес на грани банкротства висел. С тех пор меня просто так не напугаешь. Так что давай, рассказывай, что ты тут натворил.

Артём сглотнул.
— Хотел сюрприз. Праздник. Ты же у меня бриллиант, заслужила… Решил убраться, постирать, курочку запечь, полы помыть…

— Курочку? — уточнила Татьяна.

— Нет, не курочку… Стиралку. Она протекла. Ну, не сразу. Сначала курочку в духовку, потом в ванну, потом за стирку взялся. А там — кот.

— Кот жив?

— Ну… конечно! — возмутился Артём. — Просто немного мокрый. И нервный. Клянусь, когда машинку включал — его там не было. Он как-то потом… влез.

— Влез?! В ЗАКРЫТУЮ машинку?!

— Ну, может, под шумок пробрался…

Татьяна схватилась за голову.
— Ладно, продолжай. Но сначала покажи кота. Надо убедиться, что хотя бы он цел.

— Э-э… Он в зале. Там… пристёгнут. Для его же безопасности. И чтобы высох.

— Лапы все на месте?

— Да. Только… временно обездвижены.

— И что дальше?

— Начал стирать, чувствую — пахнет гарью. Открываю духовку — курочка в углях. Плеснул масла — пламя ударило в лицо. Брови подпалил. Тут кот завопил. Кинулся к стиралке — дверцу заклинило. А кот за стеклом — глаза, как у беса. Орёт! А я — между огнём в плите и кошмаром в машинке. Схватил ломик. Разбил стекло. Кот вылетел, и началось…

— Господи… — прошептала Татьяна.

— Он разбил три вазы, испортил ковёр, содрал обои, порвал штору, разбил бутылку шампанского, соседи снизу грозились вызвать милицию и бабу-знахарку. А я его поймал и привязал. Сушил. А тебе, Танюша, сюрприз готовил…

Татьяна встала, прошла в зал. Увиденное могло бы свалить с ног слабонервную, но не её. Кот — привязанный к батарее, с мордой, замотанной шарфом, дым, лужи, осколки. Как после артобстрела. Артём топтался рядом, оправдываясь:

— Ну он же не хотел сидеть! Боялся, что не высохнет. И чтобы не орал — пасть закрыл. Но всё под контролем!

Татьяна отвязала кота, вытерла его полотенцем, снятым с головы Артёма, прижала к себе.

— Дурак ты, Артём. Он же мог задохнуться. Хотя после стиралки ему теперь вообще всё нипочём.

Села с котом на диван и взглянула на мужа:

— Ну?

— Что «ну»? — вздохнул тот. — Вешаться сейчас или после праздника?

— Поздравляй, болван. Сегодня Восьмое марта.

Артём вспыхнул, выбежал из комнаты и через минуту вернулся с важным видом, опустился перед женой на колени и засунул руки за спину.

— Танюша, радость моя. Тридцать лет вместе, и каждый день я не перестаю тобой восхищаться. Ты — сильная, красивая, терпеливая и самая любимая. С праздником тебя, с Женским днём!

Он протянул коробочку с колечком и помятый, ободранный букет.

— Цветы были красивые… пока кот… ну ты сама видишь…

Татьяна вздохнула, понюхала розы.
— Хоть пахнут. И, о чудо, — не палёным. Артём, хватит экспериментов. Просто цветы. Просто обними. Просто не устраивай пожары. Договорились?

— Хотел как-то по-особенному. Тебе ж на работе шедевры дарят, а я… хотел по-домашнему, от души. С огоньком. Вот и получилось…

— Получилось, — усмехнулась Татьяна. — И с душой, и с огоньком. И даже с угрозой эвакуации. Пошли. Квартиру спасать. Соседям извиняться. А то бабу-знахарку и правда вызовут. Хотя у неё, может, свой Артём сидит. Такой же… хозяйственный. Кто знает, что у них там творится.

Кот в этот момент зевнул, обвил хвостом ногу Татьяны и, словно в знак согласия, демонстративно фыркнул в сторону Артёма. Праздник удался. На всю жизнь.