Я вырос в многодетной семье, но даже у нас такого не бывало!

Я выросла в простой многодетной семье, но даже у нас такого не водилось! У нас у каждого была своя тарелка, посуду мыли по графику, а в прошлом году родители и вовсе купили посудомойку. Поэтому, когда я впервые попала в гости к моему парню, и увидела, как устроен их семейный быт, у меня чуть челюсть на пол не упала.

Моего парня зовут Денис, и он пригласил меня познакомиться с родителями в их дом под Подольском. Мама — Людмила Степановна — встретила меня, как родную: чаем с вареньем угощала, про учебу расспрашивала, пирожками кормила. Отец — Василий Петрович — тоже душка: байки травил, про армию вспоминал. В общем, первое впечатление — теплая, душевная семья.

Но потом начался ужин… и тут понеслось. На столе стояла одна кастрюля с гречкой, миска огурцов с помидорами и — внимание! — одна-единственная глубокая тарелка. Я подумала, ну, наверное, все берут оттуда порционно, ага, как же. Людмила Степановна наложила себе еды, поела, потом передала тарелку Василию Петровичу. Тот доел, добавку взял — и передал Денису. А потом очередь дошла до меня. Я сидела, как статуя, с глазами «что за чертовщина?!». У нас в семье даже собака свою миску имеет!

Я пыталась не подавать вида, но Денис прошептал: «У нас так семейный ритуал, не парься». Как не париться, когда ты ешь из тарелки, в которой уже отметились все?! Людмила Степановна, видя мой ступор, пояснила: «А чего зря воду лить? И времени экономия!» Я кивнула, но мысленно уже представляла, как закажу себе дезинфектор оптом.

Но самое веселое было потом. После ужина оказалось, что посуду тут не то что в тот же день — вообще редко моют. Ту самую тарелку сполоснули под краном и поставили сушиться. Кастрюлю просто накрыли крышкой — «завтра еще пригодится». Я предложила помыть — мне ответили: «Ты гостья, не положено!» Хотела настаивать, но передумала, вдруг они и полотенца на всех одно используют…

А наутро я увидела новый «аттракцион». Василий Петрович жарил яичницу, а скорлупу… кинул в угол, где уже красовалась небольшая свалка: огрызки, пакеты из-под кефира, кожура от картошки. «Потом за разом уберем!» — бодро заявил он. Людмила Степановна добавила: «Мы раз в неделю генералим, практично!» У меня аж глаз задёргался — у нас даже кот мусор в ведро аккуратнее носит.

Денис, видя мой культурный шок, пытался успокоить: «Ну, они так привыкли». Но я-то привыкла не делить тарелку с тремя взрослыми людьми и не жить на фоне мусорного полигона. Я, конечно, не стала осуждать — их дом, их правила. Но мозг упрямо твердил: «Нет, ну это же дичь!»

Через пару дней я сбежала домой, где тут же обняла посудомойку, как боевого товарища. С Денисом мы не расстались, но я четко дала понять: в будущем у нас будет своя посуда (читай: у каждого своя), мусор — строго по расписанию (читай: ежедневно), а стиль «после нас хоть потоп» — это не про нас. И знаете что? Он только вздохнул с облегчением и сказал: «Спасибо, а то я уже сам начал забывать, что вилки бывают индивидуальные».