Я не могу стать матерью из-за моего мужа

Давным-давно мне казалось, что судьба, наконец, улыбнулась мне. Я вышла замуж по любви — ну, по крайней мере, мне так тогда думалось. Муж мой, Игорь Семёнович, казался воплощением всех моих девичьих грёз: ласковый, внимательный, с душой, открытой, как русское поле, и улыбкой, что грела, как печь в деревенской избе. Я верила, что вот оно — долгожданное женское счастье: тёплый дом, где пахнет блинами, воскресные прогулки под берёзами, детский смех и крепкие, как корни векового дуба, объятия. Однако жизнь распорядилась иначе. Не трагично, нет, но горько, словно осиновый лист осенью.

С малых лет я мечтала стать матерью. Видела себя с округлившимся животом, представляла, как бережно держу крохотные пальчики, как убаюкиваю дитя под тихий напев колыбельной. Это была не просто мечта — это звало меня, как зовёт родная земля. Я хотела не просто семью — я жаждала, чтобы дом наполнился топотом детских ног, чтобы было суетливо, шумно, но и бесконечно радостно.

Год спустя после свадьбы мы с Игорем начали пробовать завести ребёнка. Мне уже стукнуло тридцать, и я знала — время не ждёт. Оба согласились: пора. Но шли месяцы, а за ними и годы. Пустые тесты, бесконечные ожидания, а потом — опять слёзы.

После двух лет тщетных попыток мы отправились к врачу. Я прошла все круги ада: уколы, склянки, смущённые взгляды медсестёр. Результаты были чисты, будто первый снег. А вот когда пришли анализы мужа… мир вдруг стал тесен, словно старая горница. Врачи вынесли приговор: бесплодие, бесповоротное. Сухо, по-научному. А у меня внутри будто разверзлась пропасть.

Я смотрела на Игоря, и в голове стучало лишь одно: «Что же теперь?» Я любила его. Искренне. Он был мне не просто супругом — родной душой, опорой, кровом. Но я-то мечтала о ребёнке. Не об усыновлении, не о чужой крови — о своём, родном, чтобы носила под сердцем, чтобы первой услышала его крик.

С той поры минуло полгода. И я будто хожу по лезвию. С одной стороны — человек, с которым связала жизнь, который ни в чём не повинен. С другой — моя мечта, моё предназначение, что угасает с каждым днём, когда вижу чужих ребятишек, слышу разговоры о родах, чувствую, как ноет пустота внутри.

Мы говорили с Игорем. Он не плакал, лишь стиснул зубы и прошептал:
— Прости. Пойму, если уйдёшь.
В этих словах было всё: и любовь, и боль, и отчаянная гордость. Он готов был отпустить, зная, как мне важно материнство.

Но я не ушла. Пока. Не потому что смирилась. А потому что не нашла в себе сил сделать выбор. Без него — пусто. Но и без ребёнка — будто полжизни потеряла.

Не стану врать, будто смогу смириться. Нет. Мне не сорок, не пятьдесят — ещё есть время. И я знаю: если упущу его, то однажды, в старости, стану грызть себя, глядя на чужих внуков. Буду думать: могла бы… да не решилась.

Знаю, есть пары, что живут без детей и счастливы. Но это не обо мне. Я рождена, чтобы быть матерью — так же ясно, как то, что снег бел, а ночь темна.

Но как решить? Как выбрать, если любой выбор — словно нож в сердце? Уйти, попытаться начать с другим? А вдруг не получится? А вдруг судьба даёт лишь один шанс?

Порой смотрю на спящего Игоря и чувствую себя предательницей — ведь мысленно уже прощаюсь. А потом ночью вскакиваю в слезах и шепчу: «Нет, не смогу». Разрываюсь меж любовью и судьбой.

Не знаю, что выберу. Но каждую ночь шепчу молитву о чуде. Хотя разумом понимаю — чуда не будет.

Если вам довелось пройти через подобное… скажите, как вы выбрали? И как с этим жить?..