Объятия незнакомки

В кухне стоял аппетитный запас котлет, когда распахнулась дверь — домой вернулись дочери Анны. Они гостили у бабушки и должны были радоваться, но на их лицах читалась лишь обида.

— Мама, бабушка нас не любит! — дружно заявили Света и Таня.

Анна вышла в прихожую, вытирая руки о фартук.

— Почему вы так решили?

Девочки переглянулись, и одна из них тихо начала объяснять. Бабушка разрешала Вове и Маше — детям тёти — шуметь, прыскать из бутылок и есть сколько угодно сладкого. А им — ни крика, ни конфет, ни шоколадок. Даже до остановки их не провожала, просто захлопнула дверь.

Анна замерла. Она знала, что её свекровь, Галина Степановна, была женщиной строгой, но не думала, что всё зайдёт так далеко.

Отношения с ней всегда держались на нейтралитете: не вражда, но и не близость. Всё изменилось, когда у сестры мужа, Ольги, родились дети. Тогда бабушка словно ослепла от обожания. То и дело рассказывала всем, какие они умнички, как похожи на мать.

Когда у Анны с мужем, Дмитрием, появились двойняшки, Галина Степановна только фыркнула:

— Двое сразу? Ну вы даёте… Я с двумя не справлюсь.

— Мы и не просим, — резко ответил Дмитрий.

— Вот бы лучше Ольге помочь… У неё же малыши…

— А у нас разве не дети? — не выдержала Анна.

— Брат должен сестре помогать, — холодно бросила свекровь.

Так Анна поняла, что поддержки ждать не стоит. Хорошо, хоть её мама была рядом, ездила через весь город, помогала чем могла.

Галина Степановна же не уставала восхищаться Вовой и Машей, при каждом случае твердя: «Вот какие внуки у меня от дочки!»

А про детей сына… Если и спрашивала — лишь отмахивалась: «Живут потихоньку…»

Со временем это заметили даже соседи. Когда однажды свекровь в сердцах заявила: «А кто знает, мои ли это внучки, хоть и на сына записаны…», — эти слова донесли до Дмитрия. Он примчался к матери, требуя объяснений. Та юлила, но быстро сдалась.

Раз за разом, возвращаясь от неё, Анна с мужем уезжали с камнем на душе. Вечные упрёки: девочки шумят, едят сладкое, у бабушки давление. И тут же — сравнение с «идеальными» внуками.

Когда уезжали Вова и Маша, бабушка провожала их до такси, суя в руки подарки. А Свету и Таню отправила через пустырь, где бродят бродячие псы. Шестилетних. Одних. Даже не предупредила. Это стало последней каплей.

Дмитрий набрал мать.

— Мама, тебе плохо?

— С чего ты взял?

— Тогда зачем ты отправила детей одних? Там же собаки!

— Самостоятельности учить надо.

— Им шесть лет! Детей Ольги ты одна никуда не пускаешь!

— А ты мне указывать вздумал?! Это всё твоя жена…

И бросила трубку.

Прошли годы. Девочки выросли, уже в шестом классе. Галина Степановна заболела. Вспомнила про «запасных» внучек. Позвонила сыну:

— Пусть Света и Таня приедут, приберутся. Что за дети — бабушке не помогают.

— А ты вспомни, почему они к тебе не ездят, — ровно ответил Дмитрий. — У тебя есть любимчики — вот к ним и обращайся.

Разъярённая, Галина Степановна позвонила Анне:

— Ты обязана! Я же их бабушка!

— А вы давно ими не считались. У вас есть дочь и «правильные» внуки. Вот на них и рассчитывайте.

Маша отказалась: «Учёба, бабушка». Вова заявил: «Я не уборщик». Галина Степановна осталась одна, в тишине. Только теперь она поняла, что любовь нельзя делить. Но было уже поздно.