Почему твоя мать остаётся, а моя не может?!

Почему твоя мать может жить у нас, а моя — нет?!

Я еле переступила порог квартиры после тяжелого дня, а там — свекровь, Людмила Степановна, раскладывает свои вещи по дивану. Сердце упало. Если бы это была комедия – смешно, но это моя реальность, и смеяться не хочется. Оказывается, она решила «погостить недельку», чтобы «облегчить» мою жизнь с ребенком и домом. Видно, я, по её мнению, совсем ничего не успеваю.

Моя свекровь – женщина с норовом, но я научилась не обращать внимания на её капризы. Однако муж, Дмитрий, добил меня окончательно. Подходит с каменным лицом и роняет: «Почему твоя мать у нас живёт, когда захочет, а моей нельзя?» Дыхание перехватило. Моя мать – Ольга Николаевна – в пятистах километрах от Москвы, навещает нас от силы пару раз в год. А его? В соседнем квартале, и приходит, когда взбредёт в голову!

Людмила Степановна ни дня не работала. Диплом есть, но её покойный муж, свекор, свято верил: женщина должна сидеть дома, у плиты. Она и не спорила. Вся её жизнь крутилась вокруг семьи, точнее – вокруг Димы, их единственного сына. Мечтала о большой семье, но после трудных родов больше не смогла родить. Всю свою любовь, до капли, вылила на него. Как он не захлебнулся в этой опеке – загадка. Но даже сейчас, когда у него свои морщины, она нянчится с ним, как с малышом.

Из-за её навязчивости мы с Димой ссоримся постоянно. У неё на всё свой взгляд: я плохо готовлю, слишком много работаю, мало внимания уделяю сыну и мужу. Но я не намерена терпеть её «советы» и вечные поправки. Хорошо хоть квартира наша – родители помогли. Обставили, как хотели, без кредитов. Но, как назло, поселились в двух шагах от свекрови. Совпадение? Скорее рок.

Сначала она приходила ежедневно. Дмитрий злился не меньше меня, да и свекор ворчал, что ужин не готов. Тогда она сократила визиты до выходных. Но после рождения нашего Влада всё началось сначала: то памперсы меняла, то кашу помешивала, то учила, «как правильно» пеленать. Я была на пределе. Однажды не открыла дверь – она орала под окнами, грозилась вызвать участкового! Муж пытался говорить, но хватало её ненадолго.

Моя мать, Ольга Николаевна, далеко, в Калуге, ещё работает. Приезжает редко, ну и где ей останавливаться, если не у нас? В эти дни свекровь сходит с ума: «Ты с матерью как с подругой, а с моей – сквозь зубы!» – упрекал Дима, накрученный её жалобами. Я объясняла: «Твою мать я вижу чуть ли не каждый день, а свою – раз в полгода! И моя не лезет в нашу жизнь!» Но он только дулся.

Последний её «подвиг» добил меня окончательно. Возвращаюсь домой – а она уже вешает платья в наш шкаф. Оказалось, свекор уехал на дачу, и она решила «воспользоваться моментом», чтобы «спасти» нас от моего «разгильдяйства». В кухне, стиснув зубы, я накинулась на мужа: «Ты вообще в адеквате? Кто её позвал?!»

Он развёл руками: «Мама хочет помочь. Что тут плохого?»

«Я не хочу её помощи! Она всё переворачивает, учит меня жить!» – прошипела я, сжимая кулаки.

«А твоя мать у нас живёт – и я молчу! Почему моей нельзя?» – огрызнулся он.

Терпение лопнуло: «Если завтра утром она ещё будет здесь – я забираю Влада и уезжаю к матери. А потом подаю на развод. Я больше не могу. Выбирай: я или она!»

Дмитрий смотрел на меня, как на предателя. Но я не шутила. Хватит жить под её диктатом. Если он не остановит её – я уйду. Это не угроза. Это последняя черта.