«Пусть они живут с тобой! Ты их так воспитала!» — кричал мой бывший муж в телефон.

«Пусть живут у тебя! Это ты его так воспитала!» — орал в трубку мой бывший муж, Дмитрий. Его голос дрожал от злости, а я стояла, сжимая телефон, и чувствовала, как каменею внутри. Речь шла о нашем сыне, Кирилле, и его девушке, которые решили съехаться. Но этот разговор с Дмитрием заставил меня задуматься не только о сыне, но и о всех ошибках, которые мы с ним натворили в прошлом.

Мы развелись десять лет назад. Кириллу тогда было пятнадцать, и развод он перенёс тяжело. То винил меня, то отца, то просто уходил в себя. Я пыталась быть и матерью, и подругой: проверяла уроки, выслушивала истории про друзей, возила на футбол. Дмитрий же после развода отдалился. Платил алименты, иногда забирал сына на выходные, но душевной близости между ними не было. Я видела, как Кирилл скучает по отцу, но Дмитрий вечно был занят: новая работа, новая семья. Я не упрекала, но сердце болело за сына.

Теперь Кириллу двадцать пять. Он вырос, окончил университет, работает в IT-компании. Полгода назад познакомил меня со своей девушкой, Олей. Она симпатичная, дизайнер, всегда вежливая и улыбчивая. Они решили жить вместе, и я не возражала. Но своей квартиры у них пока нет, поэтому попросились временно пожить у меня. Моя двушка — не хоромы, но места хватает. Я отдала им спальню, а сама перебралась на диван в зале. Думала, ненадолго, пока не накопят на съёмное жильё.

Всё шло нормально. Оля помогала по хозяйству, Кирилл приносил продукты, иногда звали меня ужинать. Но через пару месяцев я заметила, что сын стал нервным. Мог огрызнуться на Олю из-за пустяка, а однажды я услышала их спор про деньги. Я не лезла — сами разберутся. Но потом позвонил Дмитрий. Он был в бешенстве: «Ты знаешь, что твой сын мне в ремонте отказал? У него, видите ли, свои планы! А эта его Оля вообще меня в грош не ставит!»

Я удивилась. Кирилл ничего не говорил про просьбу отца. Оказалось, Дмитрий хотел, чтобы сын приехал на дачу и помог с крышей. Кирилл отказался, сославшись на работу. А Оля, по словам Дмитрия, «слишком много о себе возомнила». Я попыталась урезонить его: «Дима, они же молодые, у них своя жизнь. Может, ты слишком жёстко давишь?» Но он взорвался: «Ты его избаловала! Вырастила неженку, вот он отца и не ценит! Пусть у тебя живут, раз ты такая добрая душа!»

Его слова ранили. Я воспитала? А где был он, когда Кириллу нужен был отец? Я одна тянула его через подростковые бури, ссоры и слёзы. Но, может, Дмитрий прав? Может, я слишком опекала сына, и он вырос эгоистом? Я вспомнила, как баловала его: покупала всё, что просил, решала за него проблемы. Может, я действительно сделала его слишком мягким?

Решила поговорить с сыном. Вечером, когда Оля ушла к подруге, спросила: «Кирилл, что с отцом? Он говорит, ты ему отказал». Сын нахмурился: «Мама, он хочет, чтобы я бросил всё и поехал ему крышу чинить. А у меня дедлайн на работе. Да и Оля не обязана перед ним отчитываться». Я кивнула, но на душе было тревожно. Кирилл говорил логично, но в его голосе звучало раздражение — будто он даже не пытался понять отца.

Потом поговорила с Олей. Она призналась, что Дмитрий как-то пошутил грубовато, и она ответила в тон. «Я не хотела его задеть, но он ведёт себя, будто я ему что-то должна», — сказала она. Я поняла: дело не только в Кирилле. Дмитрий, кажется, хочет, чтобы все подчинялись, но сам не готов идти на уступки.

Этот разговор с бывшим мужем заставил меня о многом задуматься. Я вспомнила наш брак, все промахи. Может, мы с Дмитрием не смогли показать сыну, что семья — это умение договариваться? Решила не лезть в их конфликт, но попросила Кирилла и Олю быть мягче. Они молоды, у них всё впереди, но уважение к старшим — важно. Поговорила и с Дмитрием, предложила не давить на сына, а попробовать наладить контакт. Он буркнул что-то, но обещал подумать.

Теперь смотрю на Кирилла и Олю и вижу нас с Дмитрием в молодости — такие же ранимые, упрямые, полные надежд. Не хочу, чтобы они повторяли наши ошибки. Моя квартира — их временный причал, но я знаю: скоро они упорхнут из гнезда. А я останусь с мыслями и тихой надеждой, что сын найдёт общий язык с отцом. И, может, Дмитрий однажды поймёт, что воспитание — это не только моя забота, но и его тоже.