Тяжелое утро: размолвка с ней и завязанные шнурки.

В прихожей Дмитрий завязывал шнурки на ботинках, настроение было отвратительное – утром он поругался с женой. Лариса стояла, опершись о дверной косяк, скрестив руки на груди. Глаза её были красными от слёз, на лице резче проступили морщины, а ведь ей всего 38 – она ещё не старая.

Почувствовав её взгляд, Дмитрий опустился на пуф, упёрся локтями в колени, безвольно свесив большие ладони. Он уставился в стену – взгляд пустой, измученный.

— Ларис, я больше так не могу, понимаешь? — хрипло проговорил он. — Надоели твои больницы, лекарства, аптеки в холодильнике, в ванной, на тумбочке. Не получается у нас! Зачем ты себя и меня мучаешь?

— Дима, прошу, в последний раз. Думаешь, мне легко каждый раз надеяться, слышать сердцебиение, а потом… чиститься? После этих слов: «Он замер, не прижился»…

— Ларис, давай остановимся. Тысячи пар живут без детей и не умирают!
— Умоляю! — Лариса начала сползать по косяку, готовая упасть на колени.

Дмитрий резко подскочил, подхватил её за плечи, крепко обнял. Оба не старики – ему всего 46, он выглядел прекрасно: подтянутый, с гладко выбритым до синевы лицом, густыми волосами с проседью.

— Ладно, ладно… Заеду сегодня в клинику, сдам анализ, — он гладил её по спине, чувствуя, как она вздрагивает в его объятиях. — Успокойся, тебе нельзя нервничать. Может, подождём полгода? — Он чуть отстранился, глядя в её заплаканное лицо.

— Нет, надо сейчас, врач сказал…
— Они всегда говорят! — резко оттолкнул её Дмитрий, хватая кожаную сумку. — Одно и то же, а результат… всё тот же.
— Дима! — крикнула она ему вслед, но он уже нажимал кнопку лифта.
— Заеду, обещаю.

Лариса успокоилась, выпила таблетки – гормоны, витамины, всё, что прописали врачи. После обеда – снова в клинику. Десятое ЭКО. Она видела женщин, которые делали и двадцать попыток, вынашивали в 46, в 48… А ей всего 38.

Муж сдержал слово, заехал в клинику и улетел в командировку. Лариса шутила перед подругами: «Муж приезжает только „сдать материал“, всё остальное время – работает». Так они жили уже десять лет. Он добился успеха, а она всегда была его тылом – верила в него, даже когда он третий раз прогорел, и они сидели в долгах на съёмной квартире. Занимала деньги у друзей, у матери, терпела унизительные слова о «легкомысленном Димке», но брала – не жалея себя.

Они всё вернули. Теперь у них большая квартира в центре, строят дом за городом, ездят на дорогих машинах, отдыхают за границей. Но она не состоялась как мать. Всё своё здоровье отдала ему. А теперь хотела только одного – ребёнка.

Работала администратором в салоне красоты – без амбиций, жила семьёй. Так и осталась там, знала клиенток годами.

Очередная процедура – и снова ожидание. Муж звонил из командировки, спрашивал о здоровье.

— Ларис, может, махнём в Сочи на выходные? — радостно предложил он вечером.
— В ноябре? Что там делать?
— Есть отели с подогреваемыми бассейнами. Развеешься. Сделка прошла – отметим.
— Но у меня работа…
— Брось! Ты же знаешь – бросай.
— Мне нравится. Лида на больничном – не могу надолго.
— На выходные! Завтра прилечу, берём вещи – и в путь.

Они отлично отдохнули. Дмитрий хвастался, как обошёл конкурентов.
— Три месяца без командировок, — обнимал он её в номере люкс.
— Я так счастлива… Мы столько пережили.
— Всё позади. Всё будет хорошо. Как думаешь, получится в этот раз?

Он пожал плечами. Боялся надеяться. Видел, как ей больно после каждой неудачи.

Вернулись обновлёнными. У неё – клиника, работа. У него – любимая компания. Через неделю он снова собрался в поездку.
— Прости, сорвалось – надо лететь.

Она собрала ему чемодан, как он любил. Давно не провожала в аэропорт – он предпочитал ездить с водителем.

В этот раз он задержался на три недели. Об очередной неудаче узнал по телефону. Депрессия, слёзы… Он даже рад, что его нет дома.

По возвращении она уговаривала попробовать снова.
— Сколько раз у тебя в работе были провалы, но ты не сдавался!
— Ларис! — схватился за голову Дмитрий. — Не сравнивай бизнес и ребёнка! Это твоё здоровье! Посмотри на себя – скоро понадобится психолог. Прими – детей не будет.
— Когда я делала аборты, потому что «не время», ты меня не останавливал! А теперь сдаёшься?
— Не преувеличивай – всего пять…
— Пять! А потом – бесплодие. Наше время пришло – а мы не можем!
— Я тебя не заставлял!
— Я верила в тебя, а ты – в нас нет.
— Нет «нас»! Есть ты и я! Мне жаль тебя, но я больше не могу это видеть…

Он ушёл, вернулся ночью, спал на диване. Несколько дней – молчание. Потом он заговорил, вернувшись с работы раньше. Собирал вещи в спальне, бормотал что-то про квартиру, дом.
— Квартиру оставляю тебе. Машину – хочешь, обе. Дом… — он задумался, запихивая вещи в чемодан. — Ты справишься? Там ещё отделка, финансы…

— Дима… — Лариса села на край кровати. — Опять в командировку?

Он сел напротив, глядя в окно.
— Я ухожу.
— Надолго?
— Навсегда.
— Таких командировок не бывает…
— Ларис, это не работа. У меня была… интрижка. С сотрудницей. Она беременна.
— Молодая?
— Да.
— Короткая интрижка – и сразу беременна…
— Ларис, я тоже хотел ребёнка. Но у нас не получается. Возможно, после тех абортов… Это моя вина. Оставляю тебе всё.

— Пустая баба, бесплодная… — прошептала она. — Иди. Там ребёнок – ему нужен отец.

Он не смог смотреть на её слёзы. Взял чемодан, вышел – дверь не хлопнула, дорогая, итальянская.

Лариса погрузилась в депрессию. Сначала не верила, звонила – он не отвечал. Через полгода начался разводОна закрыла глаза, чувствуя, как тёплые пальчики дочери сжимают её руку, и впервые за долгое время улыбнулась по-настоящему.