Дождливый финал пути

Последний путь под дождём

Холодный осенний ливень хлестал по размытой дороге, ведущей в деревню Светлогорье. Анатолий Васильевич, сгорбившись под потоками воды, упрямо шёл вперёд. Грязь прилипала к сапогам, каждый шаг давался с трудом, но он не останавливался. Сегодня он должен был быть там, у своей Татьяны. Наконец сквозь пелену дождя показались очертания старого погоста.

— Вот и её рябина, — прошептал он, и голос его дрогнул.

Он подошёл к скромному кресту и опустился на колени, не чувствуя, как промокшая одежда леденит тело. Дождь смешивался со слезами, стекая по морщинистым щекам. Сколько он простоял бы так, погружённый в воспоминания, неизвестно. Но вдруг за спиной раздались шаги. Анатолий обернулся и замер, сердце сжалось от неожиданности.

Утро того дня было сырым и унылым. Анатолий Васильевич, кутаясь в потрёпанный бушлат, стоял на автовокзале в Покровске. Автобус опаздывал, и это выводило его из себя. Рядом молодая девушка звонко смеялась, болтая по телефону, не обращая внимания на его хмурость.

— Можно потише? — резко бросил он, не сдержав досады.

— Извините, — смутилась она, опуская телефон. — Мам, я потом позвоню, ладно?

Воцарилась тяжёлая тишина. Анатолий почувствовал неловкость — его грубость ударила по нему же. Он крякнул и пробормотал:

— Простите, день сегодня не задался.

Девушка посмотрела на него с лёгкой улыбкой:

— Ничего, такая погода всех нервирует. А мне нравится осенний дождь. Пахнет, будто сама земля вздыхает!

Анатолий промолчал, лишь кивнул. Он не любил пустых разговоров с незнакомцами. Этим всегда занималась Татьяна. Она решала всё: от квитанций до визитов к родне. Анатолий принимал её заботу как должное, не задумываясь, пока она была рядом. Без неё мир опустел, словно выгоревшая степь.

Девушка, не смущаясь его молчания, продолжила:

— Знаете, может, и к лучшему, что автобус задержался. Опоздавшие успеют. Вот моя подруга, например, ещё не пришла.

Анатолий хотел сказать, что это слабое утешение для тех, кто мокнет под дождём, но вспомнил Татьяну. Если бы сорок лет назад он не успел вскочить в тот автобус, их пути, возможно, разошлись бы навсегда. Как сложилась бы её жизнь? Была бы она счастливее без него?

Татьяна умела находить свет даже в самых хмурых днях. Её смех грел, как печка, а доброта смягчала даже самые чёрствые сердца.

— Я даже не замечал, когда ей было трудно, — подумал Анатолий, и глаза застилала влага.

Чтобы отвлечься, он решил поддержать беседу:

— Вы в Светлогорье едете? Глухомань, молодёжи там почти не осталось.

— Да, — кивнула девушка. — Я к тёте Галине, навещаю её. А вы?

— К жене, — тихо сказал он. — Там её родня.

— А как её звали? Может, слышала.

— Орлова. Татьяна Фёдоровна.

Девушка задумалась, но покачала головой:

— Нет, не встречала.

— Она, как вышла за меня, в город перебралась, — пояснил Анатолий. — Только родителей навещала, а после их смерти редко туда ездила.

Он замолчал, погружаясь в воспоминания. Татьяна так любила Светлогорье, мечтала, чтобы они приезжали туда чаще. Но у Анатолия вечно не хватало времени. Теперь время было, а семьи — нет. Сын Дмитрий обжился в городе, внуков не привозит.

— А вот и моя подруга! — воскликнула девушка, замахав рукой. — Иди сюда, Лена!

Она повернулась к Анатолию:

— Теперь и автобус подойдёт.

И правда, из-за поворота показалась старая «ПАЗик». Дорога до Светлогорья занимала около трёх часов. Анатолий вспомнил, как в молодости Татьяна опоздала на автобус, и они бродили по городу до глубокой ночи. То было время, полное надежд и тепла.

Потом начались будни. Они почти не ссорились — с ней было невозможно ругаться. Её терпение казалось безграничным. Но Анатолий привык к её любви, перестал замечать те маленькие мгновения, что они делили.

Если бы он мог сказать себе молодому одно слово, это было бы: «Береги».

Когда автобус въехал в деревню, сердце Анатолия забилось чаще. В голове всплыли строки: «Ад — это когда никогда больше».

Дождь в Светлогорье лил не переставая, стуча по ржавой крыше. Анатолий тяжело поднялся:

— Моя остановка.

Он шагнул под ливень, не оглядываясь. Девушка с подругой тоже вышли, прикрывшись платками. Увидев, куда он направляется, она крикнула:

— Куда вы? Там же только погост!

Анатолий остановился, обернулся, но не ответил. Его взгляд сказал всё. Девушка опустила глаза и поняла.

Тот день, когда Татьяна ушла навсегда, стал для Анатолия чёрной метой. Они поссорились из-за ерунды. Он, как всегда, заперся в себе, отказался от ужина и молчал. Татьяна, всегда переживавшая за него, пыталась помириться, но он был холоден.

— Я в магазин схожу, — сказала она, вытирая слёзы. — Тебе что-нибудь взять?

— Не надо, — буркнул он.

Она вышла — и больше он её не видел. На переходе её сбил грузовик. В один миг жизнь Анатолия рухнула, оставив лишь пустоту и вину.

Теперь он шёл по размокшей дороге, не чувствуя холода. Дождь хлестал по лицу, но он упрямо шёл к погосту. Дойдя до могилы Татьяны, он опустился на колени.

— Вот и твоя рябина, родная, — прошептал он, задыхаясь от горя.

Слёзы текли, смешиваясь с водой. Он потерял счёт времени, тону в боли. Но вдруг за спиной раздались шаги. Анатолий обернулся и замер. Перед ним стояла та самая девушка с автовокзала, промокшая, но с тихой улыбкой. В руках она держала зонт.

— Простите, что побеспокоила, — тихо сказала она. — Но ваша жена не хотела бы, чтобы вы простудились. Пойдёмте к нам, переждётеОн медленно выпрямился, глядя в её глаза, и вдруг почувствовал, будто сама Татьяна протянула ему руку из этого осеннего дождя.