«Гостям радуются дважды: как мой брат превратил выходные в испытание на прочность»

— Саша, ну ты же не забыл, что на этих выходных твой брат с женой к нам едут? — тихо сказала моя жена Марина, помешивая суп в кастрюле.

— Как же можно забыть, — пробормотал я, хотя ещё час назад это вылетело у меня из головы. Жизнь без напоминаний о Викторе была слишком спокойной.

Каждое лето он с супругой наведывался в наш дом под Подольском — якобы «отдыхать». Но отдыхали потом только мы с Мариной, ещё неделю отходя от их визита. Он привозил с собой не просто жену, а целое испытание — как будто ты хозяин собственного праздника, но при этом должен всех кормить и развлекать.

Они приехали на три часа раньше. За калиткой уже раздался его голос:

— Ну и духота, Санёк! Дачка у тебя — просто класс! А я сейчас носки проветрю.

Он скинул носки и развесил их прямо на спинку садового кресла. Марина замерла с широко раскрытыми глазами. Я вздохнул.

— А поесть что-нибудь есть? — сразу спросил брат.

— Мы только позавтракали, — промямлил я.

— Ну ничего, мы с Люсей гостинцев прихватили! Вот, эклеры — срок до завтра, зато дёшево! И арбуз — по акции! Ставь чайник!

Пока я мыл руки, он уже уплетал арбуз, сок стекал по подбородку. Марина стояла, словно её током ударило.

— Ладно, мы пока в нашу комнату — отдохнём, как в прошлый раз, а? — И, не дожидаясь ответа, направился в спальню. В нашу.

Я только посмотрел на Марину.

— Саш, ну у него же спина болит… а у нас матрас ортопедический… — прошептала она.

— Потерпим пару дней, — добавила, увидев мое выражение лица.

Тогда я понял: эти двое суток будут вечностью.

Вечером приехала наша дочь Лена с мужем Сергеем и детьми. Мальчишки, Андрюха и Стёпа, носились по дому, показывая рюкзаки с игрушками и провизией для поезда — утром они уезжали в пионерлагерь.

Ужин затянулся: Сергей копался с машиной, Витя с Людой дремали, пока все остальные ждали. На какое-то время стало даже уютно: шашлык, смех, детские голоса. Но потом случилось *оно*.

— Лен, ты не видела, где ключи от машины? Я вроде на стол положил… — озабоченно сказал Сергей, шаря по карманам. — Без них мы не уедем, а поезд через два часа.

Начался хаос. Мы перерыли весь дом, даже холодильник сдвинули. Дети чуть не плакали. Лишь один человек оставался спокоен — Витя, доедающий шашлык.

— У вас всегда такой движ? — усмехнулся он. — Хорошо, что у нас с Люськой внуков нет — рехнулись бы!

Марина закусила губу, а Лена подошла и шепнула:

— Пап, а давай нажмём на сигналку? Если ключи рядом — брелок запищит.

Сергей вышел к машине, а мы замерли. Раздался звук. Тихий писк. То с дивана, то с кресла… нет — из барсетки Вити.

— Дядя Витя, это твоя сумка? — спросила Лена.

— Ну моя. А что?

— Звук отсюда… Можно проверить?

— Ну что ты, Ленка, куда там им быть! — засмеялся он.

Но Лена уже расстегнула молнию и достала ключи. Наши. С брелоком.

— Серёга! Нашлись! Быстрее!

Они умчались. Я повернулся к брату:

— Как ключи оказались у тебя?

— Да хрен его знает… Люся, наверное, перепутала, думала, наши, — он кивнул на жену.

— А что такого? Я увидела — лежат, решила, что потерялись, и убрала. Ну и что?

После их отъезда мы сидели с Мариной на веранде.

— Ты видел, как они уехали? Даже не попрощались…

— Саша… Ну он же всегда такой был. Помнишь, как в детстве он тебя от отцовского ремня закрывал?

Я вздохнул. Помнил. Но сейчас он был взрослым мужиком, который жрёт чужой сыр, спит в чужой кровати и тырит ключи от чужой машины.

Утром он поднялся рано, как всегда.

— Мы с Люсей уже позавтракали! Доили ту колбасу и сыр из холодильника. Ой, как у вас классно, прямо как в санатории! Жаль, что уезжать…

Когда их машина скрылась за воротами, Марина опустилась на ступеньки и сказала:

— Саш, гостям радуются дважды. Сначала — когда приходят. А потом — когда уезжают.

Я кивнул. И впервые за эти двое суток — улыбнулся.