Опоздал: путь обратно закрыт

Поздно спохватился: назад дороги нет

— Ну вот, Анна Викторовна, подлатали вас, дали наставления. Теперь главное — не запускать, берегите себя, — врач добродушно улыбнулся, потрепал её по плечу и любезно распахнул дверь, пропуская её с сумками.

Анна почувствовала, как в горле застрял ком. Хоть причина госпитализации была не из приятных, но здесь ей даже немного понравилось. Хоть немного отдохнула. А всё потому, что последние годы она выжимала себя, как лимон. Работала, как ломовая лошадь, боялась даже на выходные попроситься. Давление, головокружения, усталость — всё списывала на усталость. В итоге свалилась с нервным срывом и сердцем. Месяц в больнице, мать чуть не слегла рядом от переживаний.

А вот её мужу, Мишке, было хоть бы что. Словно и не заметил, что жена исчезла. А может, и правда не заметил — стоило Анне уехать, как в их квартирке тут же обосновалась свекровь. С кастрюлями, советами и вечными нотациями.

— Анечка, ну ты же понимаешь, наш Мишенька — как ребёнок. Кто за ним присмотрит, если не я? У тебя мама есть, она о тебе заботится, а я сыночку помогу, — сюсюкала свекровь в трубку.

Анна стискивала зубы. Всё, чему она годами учила мужа — коту под хвост. Самостоятельность, помощь по хозяйству — всё испарилось, как утренний туман. Теперь она опять злая мегера, а его мамочка — добрая фея, которая «спасает» бедного сыночка от злобной жены. Хотя кто кого тиранил — большой вопрос.

Вспоминать первые годы брака было тошно. Тогда свекровь вообще не выпускала их из поля зрения. Даже ночью могла позвонить: «Вы спите? Или у вас там что-то не так происходит?» Жуть.

А ведь познакомились они забавно. Анна тогда вышла на улицу после ссоры с «подругой», оказавшейся предательницей. Шла, думала, как жизнь несправедлива — и тут на неё чуть не свалился мужчина с дерева. Вернее, ветка. Подняла глаза — а там Мишка, застрял.

— Вы вообще в своём уме? Жизнь не дорога? — возмутилась она.

— Кота спасал! — обиженно буркнул он.

Кота, конечно, не было. Барсик сбежал, а вот Мишка остался. Анна притащила стремянку и верёвку, помогла слезть. Так и познакомились. Так и началась их история — красивая, но с подвохом.

После свадьбы Анна быстро поняла, что муж не просто беспомощный. Он — вечный ребёнок. Ни тарелку помыть, ни мусор вынести. Всё — со скрежетом. А она тянула всё на себе: ипотека, работа, больная мать. Он же ныл своей маме, а та — ей. В итоге Анна взялась за перевоспитание мужа всерьёз. И, надо сказать, преуспела.

Мишка начал меняться. Учился готовить, убирать, даже проявлял инициативу. Свекровь отступила — правда, иногда плакала в сторонке, жалея «несчастного» сыночка. Но в целом всё было под контролем. До больницы.

Теперь всё по новой. Анна позвонила мужу — тишина. Странно. В понедельник у него выходной, обычно в это время он уже чаёвничал. Набрала свекровь — та тоже не отвечала. Сердце ёкнуло. Поймала такси и рванула домой. На душе — тревога.

Поднялась, вставила ключ в замок — и тут дверь распахнулась. На пороге — незнакомка.

— Ты кто? — ледяным тоном спросила Анна.

— Я Ольга. Любимая женщина Михаила. А ты, милочка, тут больше не прописана. Так что, будь добра, уходи.

Анна остолбенела. Пока пыталась переварить услышанное, дверь захлопнулась.

— Сейчас твои вещички подам, — донёсся голос из квартиры.

Через пару минут сумки, одна за другой, начали вылетать на площадку. Слегка придавив ногой новую пассию мужа, Анна уселась на свою клетчатую сумку и набрала полицию. Не для того она пахала, чтобы теперь всё отдать предателю.

Когда приехали стражи порядка, она выставила обоих — и мужа, и эту «русалку». Мишка молчал, а вот его новая любовь попыталась возмутиться.

— Это же его квартира тоже! Ты не можешь нас выгонять!

— Могу, — спокойно ответила Анна. — Всё оформлено на меня. Идите к маме, жалуйтесь.

Когда дверь за ними захлопнулась, она впервые за долгое время вздохнула свободно. Проветрила квартиру, выбросила постельное бельё и подала на развод. Сначала было горько. Но потом… стало легко.

Прошёл месяц. В одно воскресное утро, валясь в кровати, Анна наслаждалась заслуженным отдыхом. Зазвонил телефон.

— Мишка, — мысленно усмехнулась она. И взяла трубку.

— Ань, родная… Я скучаю. Меня тут никто не любит. Это всё мама. Прости меня. Верни меня…

Анна слушала, молча. Потом расхохоталась.

— Ты серьёзно? Вернуть тебя? После всего?

Он продолжал ныть, как школьник. А она выключила телефон, откинулась на подушку и ухмыльнулась.

— Ну вот, — сказала себе. — А я боялась, что жизнь кончилась. Да она только началась.