Ослепительный праздник

В квартире витал дух надвигающегося бедлама. Светлана почуяла неладное, ещё не переступив порог. В подъезде стоял едкий запах гари, а лестничный пролёт был залит водой, будто после ливня. Распахнув дверь, Света швырнула на тумбу букет, прихваченный с работы, сбросила убившие за день каблуки и натянула потрёпанные тапочки. Хотя резиновые сапоги подошли бы лучше — в прихожей вода стояла почти по щиколотку. Из глубины жилища доносился приглушённый кошачий вопль, а где-то в квартире что-то шипело, гудело и подозрительно потрескивало.

— Артём, что за безобразие?! — крикнула Светлана, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Через секунду в дверном проёме возник муж. В одних семейниках, босой, с лицом, измазанным сажей, в царапинах и с внушительным фингалом под глазом. На голове красовалось полотенце, завязанное как тюрбан, словно он только что сбежал с восточного базара.

— Светик, ты уже здесь? — пробормотал Артём, нервно теребя край полотенца. — Я думал, корпоратив, ты ж начальница, до ночи будешь там фуршетные реки запивать…

Светлана тяжело вздохнула, опустилась на старый пуфик в прихожей и, сдерживая ярость, сказала:

— Рассказывай, Артём. Что ты на этот раз учудил?

— Ну, Светик, родная, — заговорил он, запинаясь, — ты только не кипятись, ладно?

— Я кипятилась в девяностые, когда на наш магазин бандиты наезжали, — отрезала Светлана. — Переживала, когда в дефолт сбережения сгорели. Психовала, когда кризис нас чуть не добил. После этого мне хоть потоп. Говори, что тут за балаган?

— В общем… — Артём замялся, потирая синяк. — Я хотел устроить тебе праздник. Сюрприз, понимаешь? Решил убраться, постирать, ужин приготовить. Взял выходной, загрузил стиральную машину, сбегал в магазин… Ну, сначала в магазин, купил мясо, а оно потекло.

— Мясо? — прищурилась Светлана.

— Нет, стиралка! — выпалил Артём. — Но не сразу. Я поставил мясо в духовку, начал уборку, и тут Васька…

— Он жив? — Светлана резко подняла бровь.

— Жив, конечно! — обиженно буркнул Артём. — Только мокрый слегка. Понимаешь, когда я включал стиралку, его там не было, клянусь! А потом он… как-то оказался внутри.

— Как?! — Светлана подалась вперёд. — Как кот мог залезть в закрытую стиралку?!

— Не знаю, — Артём развёл руками. — Наверное, телепортировался. Они ж хитрые, эти котики.

Светлана закрыла глаза, глубоко вдохнула и холодно сказала:

— Продолжай, Артём. Это становится всё интереснее. Но сначала покажи кота. Хочу убедиться, что с ним всё в порядке.

— Э-э, солнце, — замялся Артём, — к нему идти надо. Он… там…

— Надеюсь, лапы у него целы? — Светлана посмотрела на исцарапанное лицо мужа.

— О, ещё как! — мрачно подтвердил Артём, потирая щёку. — Только временно… обездвижен. Для его же безопасности.

— Ладно, потом разберёмся, — Светлана махнула рукой. — Что дальше?

— В общем, пока Васька… э-э, отмокал, я учуял гарь. Побежал на кухню, открыл духовку — а там мясо полыхает! Пальцы обжёг, плеснул масла, а оно как вспыхнет! Волосы затлели, дым валит, я тушу, а тут Васька орет. Побежал к стиралке, вижу — его морда в окошке, смотрит, как зэк. Отключил машинку, хотел открыть, а она заблокировалась. Кот орёт, плита горит, лицо болит, волосы дымятся… Я схватил монтировку, ну, и стиралка потекла. Васька вырвался, носился по квартире, орал на всю Ивановскую, разбил три вазы, ободрал обои, сорвал шторы, разлил шампанское, которое я для тебя припас. Соседи снизу колотили по батарее, орали, что кастрировать будут. Не знаю, кота или меня. Но в целом всё под контролем, Света, не переживай!

Светлана вытерла слёзы — не то от смеха, не то от ужаса — и, отодвинув мужа, шагнула в квартиру. Разгром был эпичным. Пол залит водой, на кухне дымилась сгоревшая сковородка, обои висели клочьями, а в воздухе витал запах горелого мяса и кошачьей мести. Васька, распятый на батарее, был привязан за все четыре лапы, а морда замотана старым шарфом. Но живой, что уже было чудом.

— Светик, он не хотел на батарее сидеть, — поспешил оправдаться Артём. — Боялся, что до твоего прихода не высохнет. Отжать его не вышло, вырывался. Пришлось привязать, а морду замотать, чтоб не орал. Соседи уже грозились полицией, МЧС и какой-то бабкой-знахаркой, чтоб нас прокляла.

Светлана, не говоря ни слова, отвязала кота, обтерла его полотенцем, сорванным с головы Артёма, и освободила бедняге морду. Васька, вырвавшись, злобно фыркнул и шмыгнул под диван.

— Ты, Артём, конечно, мастер-на-все-руки, — устало произнесла Светлана. — Кот чуть не задохнулся. Хотя после стиралки ему, похоже, уже ничего не страшно. Как и мне.

Она плюхнулась на диван, прижимая к себе кота, и посмотрела на мужа.

— Ну?

— В смысле? — Артём растерянно заморгал. — Мне сразу на улицу с вещами или дай тебе ещё понерву настрадаться?

— Поздравляй, дурак, — вздохнула Светлана. — Сегодня же Восьмое марта.

Артём просиял, метнулся в соседнюю комнату и вернулся, пряча что-то за спиной. Опустился перед Светой на колени, сияя, несмотря на синяк и сажу на лице.

— Светик, солнце моё, — торжественно начал он. — Мы с тобой тридцать лет вместе, и каждый день ты меня удивляешь. Ты самая красивая, мудрая, терпелиПри этом Васька, мокрый и злобный, высунул из-под дивана морду и многозначительно плюнул в сторону Артёма.