Приехала к сыну, а он отправил меня в гостиницу!

Приехала к сыну, а он меня в гостиницу спровадил!

Живём мы с мужем в тихой деревушке под Калугой, где воздух пахнет вишнёвым цветом да свежескошенной травой. Дом у нас большой, гостеприимный — всегда найдётся место для родни, даже если придётся потесниться. Так уж нас воспитали: гостя накорми, напои, спать уложи. Двери на замок не запираем — кто придёт, тот свой.

Троих детей вырастили. Старшая, Света, живёт в соседнем городке. Видимся часто, а её муж, золотой человек, хоть завтра готов забор починить или картошку выкопать. Дочка-умница, зять — подарок!

Младшая, Даша, в Воронеже учится, мечтает карьеру строить. Пусть! Дети подождут, а молодость — раз, и нету. Звонит часто, делится новостями — хоть и далеко, а сердцем рядом.

А вот сын, Дмитрий, упорхнул в Ленобласть после института. С приятелем бизнес открыли — весь в делах. Женат на Ирине, растёт внук Стёпка — свет в окошке. Но с невесткой не сложилось. Ирина — девушка городская, чопорная, наш деревенский уклад ей не по нраву. Даже Стёпку отговаривает к нам ездить. В прошлый их приезд продержались два дня, потом заявила, что «задыхается». Дима иногда один приезжает — чтоб ссор избежать.

В этом году у мужа отпуск выпал — решили навестить сына. Ни разу за все годы у него не были — любопытно же, как устроился. Предупредили, конечно, заранее, чтоб не как гром среди ясного неба.

Дима встретил нас на вокзале, улыбается. Ирина, к удивлению, даже стол накрыла — не пир горой, но всё же. Сидели, разговаривали, я уж думала: а вдруг зря переживала? Но вечером сердце в пятки ушло. Сын вдруг заявляет: «Родители, вам в гостинице заказали номер». Уши не поверили! Мы, родные, приехали, а он нас — в гостиницу?!

К восьми вечера вызвал такси, отвёз в какую-то замызганную берлогу. Сыро, скрипучая койка, в углу пахнет грибком. Сидим с мужем, словно в воду опущенные — неужели наш же кровный так поступил? Я б и на полу в прихожей спала — только бы не здесь! Но Ирина, как выяснилось, твёрдо решила: в их доме нам не место.

Утром проснулись голодные. Гостиница без кухни, а в ближайшей забегаловке цены — глаза на лоб. Позвонили Диме — велел приезжать завтракать. Весь день просидели у них, пока сын с женой на работе. Стёпка баловал нас своими историями, но на душе всё равно кошки скребли. Вечером — ужин, а потом снова такси и гостиничный «уют». На третий день не выдержали, сдали билеты и уехали, не дождавшись конца этого «радушия».

Дома Светке всё рассказала. Та аж побагровела от злости, схватила телефон и устроила брату разнос. А я сидела и ревела: как так? Ведь растила с любовью, пеленала, на руках носила — а он меня в гостиницу?! Теперь даже слышать его не хочу. Не звонит, не извиняется — будто и не было ничего.

Соседка, узнав, только плечами пожала: «Ну что ты, Наденька, нынче молодёжь вся такая. Тебя же не под забором оставили — номер оплатили». Да какое мне дело до номера? У нас в доме всегда толпились родные — кто на диване, кто на матрасе, зато всем тепло. А тут — чужие стены, как будто мы попрошайки какие.

Может, я и впрямь отстала от жизни? Но обида-то жжёт. Мои девчонки так бы никогда не поступили. Неужели вырастила сына, для которого родной дом — пустой звук? И как теперь с этим жить?