Вчерашний день рождения: хаос на кухне и встреча с родителями мужа!

Я стою на кухне, разглядываю этот бардак и всё ещё не могу прийти в себя. Вчера отмечала день рождения и позвала родителей своего новоиспечённого мужа.

Мы с Димой расписались два месяца назад — тихо, без всякой помпы, просто пришли в ЗАГС. Даже родителей не позвали, только свидетелей. Теперь живём в моей съёмной квартире, которую я снимала ещё до свадьбы. Но вчерашний вечер… Вот это было зрелище.

Честно, я немного переживала перед встречей. Свекры у Димы — люди простые, но с норовом. Свекровь, Валентина Семёновна, любит командовать, а свёкор, Николай Васильевич, обычно помалкивает, но если уж встрянет — сразу в десятку. Я старалась изо всех сил: накрыла стол, купила продукты, даже торт испекла, хоть у меня обычно всё горит. Дима успокаивал, мол, родители у него не привередливые, но мне же хотелось выглядеть достойно. Всё-таки первое официальное знакомство!

Гости пришли точно по времени, не с пустыми руками. Валентина Семёновна вручила огромный букет из гладиолусов и свёрток в золотистой бумаге. Николай Васильевич протянул бутылку самогона — собственного производства, говорит. Сели за стол, сначала всё шло нормально. Я приготовила оливье, запечёную сёмгу, гречку с грибами. Дима хвалил, свекры кивали, даже пару комплиментов бросили. Но потом началось самое весёлое.

Оказалось, Валентина Семёновна мастерски подбирает темы, от которых мне хочется провалиться сквозь землю. Вдруг спрашивает: «Ну что, Оля, когда уже внуков ждать?» Я чуть не поперхнулась компотом. Дима попытался сменить тему, но свекровь не отставала: «В наше время, Оленька, мы с Николаем сразу после свадьбы задумались о детях. Вам бы тоже поторопиться». Я только улыбалась, хотя в голове вертелось: «Мы же только поженились, дайте хотя бы пожить!» Дима тоже выглядел смущённым, но он вообще не любит спорить с матерью.

Потом свекровь переключилась на мою кухню. Встала, осмотрелась, как ревизор. «Оля, а почему у тебя всего четыре тарелки? Надо бы ещё купить, если гостей принимать будешь. И обои эти… тёмные, я бы переклеила». Я сдерживалась, но чувствовала, как краснею. Дима шепнул: «Не обращай внимания, она всегда так». Но это же моя кухня! Я её обустраивала, как мне удобно, а теперь мне говорят, что обои не те.

К счастью, Николай Васильевич разрядил обстановку. Начал рассказывать про дачу, как у них в этом году столько помидоров уродилось, что все соседи завидовали. Я кивала, но думала только об одном: «Когда уже они уйдут?» Но тут Валентина Семёновна вручила подарок. Я развернула — а там… сервиз. Такой, знаете, «бабушкин», с розами и золотой каёмочкой. Я, конечно, сказала «спасибо», но в голове мелькнуло: куда я это дену? У нас и так шкафы ломятся, а этот сервиз — на целую свадьбу.

Дима, видя моё замешательство, пошутил: «Мам, Оля же больше любит есть из тарелки для пиццы». Но свекровь только строго посмотрела: «Серьёзно, Димка, в доме должна быть нормальная посуда». Я еле сдержала смех. Вот тогда я и поняла: семейная жизнь — это квест на выживание.

Когда гости наконец ушли, я выдохнула. Дима обнял меня: «Всё прошло неплохо». Но я до сих пор в лёгком шоке. Стою на кухне, смотрю на этот сервиз, на недоеденную сёмгу, на бутылку самогона, которую мы так и не допили. И думаю: как теперь быть частью этой семьи? С одной стороны, я люблю Диму и ради него готова терпеть. С другой — как научиться не закипать от таких замечаний? Может, со временем я привыкну, и мы с Валентиной Семёновной найдём общий язык. А может, просто научусь держать ухо востро.

Сегодня утром я решила: надо поговорить с Димой. Может, договоримся, что в следующий раз будем праздновать только вдвоём. Или позовём моих родителей — они хотя бы не тычут пальцем в мои обои. Но я понимаю: свекры теперь часть моей жизни. И как ни крути, придётся приспосабливаться. Может, в следующий раз я просто поставлю этот сервиз, налью им их же самогона и скажу: «Это вам за обои». Шучу. Или нет?