Мы развелись из-за нежелания жены готовить

Мы разошлись, потому что жена отказывается готовить

На днях у нас с мужем вышел такой скандал, что я выставила его за дверь. Теперь он коротает дни у своей мамаши в Выборге, а я пытаюсь прийти в себя после десяти лет брака, который превратился в сущий ад. Свекровь в панике, названивает и умоляет вернуть её «несчастного мальчика», но мне наплевать на её мнение. Хватит быть прислугой в собственном доме.

Даже моя мать не встала на мою сторону:
— Света, ты рехнулась? Останешься одна с ребёнком! Зачем ты на Диму клевещешь? Он же хороший мужчина: не бухает, руку не поднимает, деньги в дом несёт!

Я вышла за Дмитрия совсем зелёной, в двадцать. Тогда я была глупой девчонкой, верившей в сказочную любовь. Благодаря бабушке у меня была своя двушка в Питере, так что бесприданницей я не была. Родители развелись, но отец и его родня меня не бросили. Именно его мать помогла с жильём. В эту квартиру мы с Димкой и заселились после свадьбы. У него не было ничего, кроме доли в бабушкиной трёшке, но мне было всё равно. Я думала, любовь дороже денег.

Через полгода я забеременела. Наша малышка, Алиса, появилась, когда мне едва стукнул двадцать один. После декрета работу найти не удалось — с маленьким ребёнком, который то и дело хватает сопли, никто не хотел связываться. «У вас дочь? Извините, не возьмём», — твердили мне раз за разом. Помощи ждать было неоткуда: ни свекровь, ни мои родные не могли сидеть с Алиской. Я застряла дома, крутясь между пелёнками, готовкой и уборкой.

Дима трудился в другом конце города, приходил поздно, и мы почти не виделись. Вся домашняя рутина легла на меня. Он даже ложку за собой не мыл — не то что мусор выносил. Я не смела его напрягать: он же уставал, кормилец! Винила себя, старалась быть идеальной, крутилась как белка в колесе, лишь бы угодить. Но Дима начал ворчать:
— Да у тебя жизнь — мёд! Отвела дочь в сад и отдыхаешь. Не можешь работу найти? Посмотри, в какой лачуге мы живём!

Его слова резали по живому. Я чувствовала себя дармоедкой, будто и правда висела у него на шее. Старалась ещё больше: готовила, убирала, даже тапочки ему подносила. Но ссоры из-за денег участились. Дима твердил, что ему тяжело тянуть семью, а свекровь подливала масла в огонь: «Мой сынок совсем замучился из-за тебя!»

Я сдалась и устроилась на работу. Бегала как угорелая: вела Алису в сад, мчалась в офис, а вечером забирала дочь у матери. Зарплата была приличной, даже выше, чем у Димы. Но дома ничего не изменилось. Через пару недель он снова завёл шарманку:
— Холодильник пустой! Ужина нет! Почему я после работы ещё и мусор должен выносить?

— А ты хочешь, чтоб я с ребёнком и пакетом мусора в сад шла? — огрызнулась я.

Дима забирал Алису у мамы и сидел дома. Я возвращалась к восьми, выжатая как лимон, и на кулинарные шедевры сил не было. Готовила что попроще, иногда брала полуфабрикаты. Но Диме это не нравилось:
— Все жёны успевают, а ты что, особенная?

— Все мужики зарабатывают и не ноют! — парировала я. — Если оба работаем, давай и дела делить пополам!

Я получала больше, но весь быт тянула одна. Дима считал, что готовка и уборка — «бабья доля», и опускаться до этого не собирался. Ставил в пример своего отца: «Вот это мужик!» Я не выдержала:
— Твой отец сам квартиру купил, а не жил за счёт жены! Если тебе не нравится — вали к мамочке!

Дима собрал вещи и ушёл. Свекровь тут же начала звонить, умоляя вернуть его: «Люди пальцами показывать будут! Подумай о дочери!» Но мне плевать на сплетни. Хватит быть рабыней для того, кто не ценит ни меня, ни мой труд. Алиса — со мной, и я справлюсь. Но иногда я задаюсь вопросом: как я дошла до такой жизни? Почему терпела это? Любовь ослепила, но теперь ясно: я заслуживаю большего.