Сын привёл «невесту издалека» с тремя детьми — мы выгнали их, а потом узнали правду

Той зимой сердце моё едва не разорвалось на части, если бы не зажатые в кулак нервы. Всё началось с телефонного звонка от сына: «Мама, мы с Дашей (имя изменено) сейчас заедем. Познакомиться». Голос бодрый, твёрдый — будто человек принял важное решение. Мы с отцом переглянулись, обрадовались: наконец-то наш Ваня остепенился, задумал жениться. Сколько можно было холостяцкой жизнью маяться!

Ваня у нас парень с характером. С детства рос самостоятельным, но упрямым. После школы отслужил в армии, а потом — вдруг объявляет: «Поеду на Дальний Восток. Заработаю». Мы с отцом ахнули, но отговаривать не стали. Уехал — и привозил оттуда диковинные гостинцы: красную икру, крабов, кедровые орехи. Рассказывал, что место суровое, но красивое, люди душевные.

И тут — свадьба на носу. Накрыли стол, приготовили хлеб-соль, нарядились, ждём. Звонок в дверь. Я открываю. И тут… едва язык не отнялся.

На пороге стояла женщина. Вернее, сначала я увидела только огромную доху из собачьего меха, а за ней — троих ребятишек и самого Ваню. Шуба вошла, сбросилась — и из неё появилась худенькая, черноволосая девушка с острым, словно у ворона, взглядом. Ваня представил:

— Это Света. Моя невеста.

У меня внутри будто провалилось всё. Девушка молча кивнула, дети, не дожидаясь приглашения, уселись прямо на пол. Один стал стаскивать валенки, другой — карабкаться на подоконник. Младшего Света ловко привязала платком к стулу, чтоб не убежал. Всё это происходило в гробовой тишине под аккомпанемент запахов — будто весь Дальний Восток ворвался в нашу московскую квартиру.

Мы прошли в гостиную. Я разостлала праздничную скатерть, поставила угощения. А Света руками (!) начала запихивать еду детям. Себе брала ложку, но ковыряла в тарелке, словно ворона клюёт. Говорила резко, рублеными фразами.

— А дети… ваши? — спросил мой муж, глядя на троих, копошащихся на полу.

— Мои, — буркнула она.

Я переглянулась с мужем. Это что, теперь наша семья?

— Ваня, сынок, где вы познакомились? — спросила я, голос предательски дрогнул.

— В тайге, мам. У меня генератор сломался, а она — шаманка, знаешь, заговорила его, он и заработал! — с восторгом ответил сын, в котором я вдруг перестала узнавать родного мальчика.

— А жить где собираетесь? — вставил отец.

— В юрте можно, — равнодушно отмахнулся Ваня.

Тут у меня терпение лопнуло. Вышла на кухню, муж за мной. Стоим, смотрим друг на друга — глаза по пятаку.

— И что теперь?

— Не представляю, — развёл руками он.

Вернулись в комнату. Муж подошёл к Ване и, не глядя, сунул деньги:

— Вот, снимите номер. Прости, но оставаться вам здесь нельзя.

Ваня вздохнул:

— А вы всегда говорили — «лишь бы женился, любую примем». Вот и привёл.

Они ушли. С детьми. С дохой. С запахом рыбы и дыма.

Прошло с полчаса. Опять звонок. Я — к двери. Снова они стоят. Но теперь — другие. Света — уже без шубы, в простой кофте, волосы в хвост, глаза смеются.

— Здравствуйте, — вежливо сказала она. — Простите нас.

— Я ничего не понимаю, — пробормотала я, отступая.

Ваня ухмыльнулся:

— Мам, ну ты же вечно твердила: «Хоть бы женился, хоть бы женился». А я пока не хочу. Познакомься — это Света, моя подруга. Решили подшутить. Она из Хабаровска, приехала с племянниками в гости. Жить им негде было. Вот я и придумал.

Я опустилась на табурет в прихожей. Ноги подкосились.

— Сынок, делай что хочешь, но больше так не пугай. Чуть сердце не остановилось! — выдохнула я.

Вернулись за стол. Света, уже совсем другая, помогала на кухне. Дети сидели чинно, улыбались. А мы с отцом поняли: да, стареем. Но шутка сына удалась — как в жизни, страшно до мурашек…